Оставив и этот вопрос без ответа, Вард спросил:

– Интересно, как тебе удалось разобраться в моих устройствах и системах? Насколько мне известно, твои ресурсы ограниченны.

– Я изучила записи и чертежи, которые ты оставил на острове Призрачных Мотыльков.

– От кого ты узнала про остров?

– А ты сам не можешь догадаться?

Вард отложил перо и посмотрел на Эшлин.

– Окину всегда была стервой. С моей помощью она могла стать богиней, но мечтала лишь о драконьей кости для своих драгоценных кораблей. Никаких амбиций.

– А теперь тебе захотелось стать богом, и для этого ты изобрел кросны.

– Понятие божественного не отражает сути моих исследований. Я твердо намерен создать совершенный мир.

– И ради этого уничтожаешь все живое в существующем мире.

– А как бы ты поступила на моем месте, о великая защитница драконов? Если бы ты довела свои планы до логического завершения, твоим миром правили бы драконы, а людей в нем не осталось бы.

– Это все крайности. А я стремлюсь к гармонии.

– К гармонии? – презрительно повторил Вард. – Гармония – это ребяческая выдумка. Все находится в вечной и непрерывной борьбе за ресурсы. Для того чтобы исправить такое положение дел, необходимо радикально изменить мир.

– И Валлен Вергун – наглядный пример таких изменений?

– У истинного прогресса есть цена. Заплатить ее готовы лишь немногие.

– Ты сумасшедший.

Озирис Вард пожал плечами:

– Вообще-то, твоя изобретательность заслуживает похвалы. Использование стабилизирующих штифтов – не самое элегантное решение, но оно работает. Пока ты была без чувств, я немного усовершенствовал твой аппарат, существенно увеличив его надежность, ведь процесс очистки весьма обременителен и энергоемок.

Эшлин взглянула на свою вытянутую руку. В каждом из колец Вард просверлил три отверстия и заткнул их платиновыми стабилизирующими штифтами, что увеличивало надежность аппарата на несколько порядков. Эшлин не могла даже вообразить, зачем Варду нужна такая мощность.

– А что именно ты очищаешь? – спросила она.