– Так хоть теперь полазай. Не отставай!

Джовита исчезла из виду.

Они уже давно шли по скожитской территории. Местные жители задерживали их уже четыре раза, но, узнав, что именно несут путники, пропускали дальше без лишних расспросов. В одном племени им дали с собой часть козлиной туши и подсказали, из каких ручьев можно брать питьевую воду.

Симеон покинул Вепрев хребет много лет назад, но память о нем не исчезла.

Когда Кочан наконец одолел проклятый уступ, Джовита уже расстелила на земле одеяло и выложила на него хлеб, жареную козлятину и сыр.

– Хочешь пить? – Она протянула ему флягу с вином.

– Сил нет, – пропыхтел Кочан, бережно опуская котомку на землю.

– Давай я завтра ее понесу?

– Спасибо, я сам.

– Мне же не в тягость.

– Не в том дело, – сказал Кочан.

Джолан обработал отрубленную голову Симеона какими-то химикатами, чтобы отбить вонь. Симеон наверняка оскорбился бы таким обращением, но Кочан не хотел таскать смердящую голову по горам.

– А в чем?

Чтобы потянуть время, Кочан набил рот хлебом и сосредоточенно жевал.

– Это моя ноша, – наконец сказал он. – А тебе спасибо, что согласилась составить мне компанию.

Джовита пожала плечами:

– Меня всегда тянуло путешествовать. – Она вдохнула полной грудью. – Воздух тут такой чистый, разреженный. Не то что парилка в Дайновой пуще. Мне очень нравится.

– Вы, альмирцы, все ненормальные.

– Ага, – с улыбкой кивнула она.

Еду они доели в молчании. Кочан развел костер. Джовита укуталась в одеяло.