Она подошла вплотную, обняла, закрыла глаза… и это, пожалуй, всё, что нужно знать любому постороннему человеку в таких случаях. Отдаю должное памяти мужчин, получающих такие подарки от любимых женщин регулярно.

Лежали на просторном лежаке капитана умиротворённые, пока Максим не вспомнил, что Сан Саныч может зайти в каюту в любой момент.

– Надо одеться…

– Он не придёт, – тихо проговорила Любава, обнимая Максима.

– Он всё поймёт…

– Ну и пусть. У тебя замечательный друг.

– На то он и друг. Если узнает твой брат…

– Малятка хороший мальчик, хотя и слишком прямой.

– Он меня невзлюбил.

– Не говори ерунды, он тебя обожает, особенно после соревнований. Он ведь тоже понял, что ты подставился нарочно, дав ему шанс победить.

– А может, наоборот, из-за этого и злится?

– Успокойся, я точно знаю, что Малята не держит камня за пазухой.

В дверь легонько стукнули.

– Леди и джентльмены, – раздался голос Александра, – сотник собирает совет.

Максим мигом соскочил с лежака, начал торопливо одеваться.

Встала и Любава, сказав с чисто женской логикой:

– Отвернись!

Через несколько минут, не обнаружив в коридоре никого, пара присоединилась к росичам, собравшимся в рубке лопотопа.

Сан Саныч косо посмотрел на лицо друга, замкнутое в нарочитой деловитости, но промолчал.

Подозрительный взгляд Маляты сказал Максиму, что молодой росич думает о нём, и подумал, вздохнув, что Любава, скорее всего, ошибается в чувствах брата, с какими тот относился к россиянину.