– Я смотрел в архивах, Брайан, – говорит он. – Ты не первый, кто попал тут в передрягу. Были такие, кто не смог этого сказать.

Брайан качает головой.

– Клоуны! Я не какой-нибудь чокнутый Джордано Бруно, чтобы сдохнуть здесь за правду и идеалы! Я уже все обдумал. Я сделал жуткую глупость. Я все подтвержу или опровергну этим слоникам, все, что пожелают! И подпишу, если только не собственной кровью.

– Конечно. Ты справишься, – говорит Лукас. – И положи ее в рот, Брайан. На всякий случай. Для моего спокойствия, прошу тебя. Все равно придется пронести ее обратно, чтобы тут не нашли. Утром ты уже не будешь есть. Прилепи СЕЙЧАС.

Смерть Брайана была ужасна. Образ его мечущегося тела, привязанного к алтарю и горящего от кончиков пальцев, будил Лукаса неделями. Безумный крик звучал в его ушах даже днем. Но это было не самое страшное. Совсем нет.

Это было другое воспоминание, эхо того же голоса перед этим, которое пронизывало его до мозга костей не просто неделями, а годами. Брайан говорил медленно, громко, без дрожи в голосе. Звучные стихи разносились под сводом святыни.

«Я признаю свою вину перед лицом Аккӱтликса… Его голос молвит, что смерти заслуживаю… Положите меня на алтарь… спалите мое тело… до пепла».

Лукас знал, что так будет. Знал с того момента, когда просматривал в архиве базу данных людей, осужденных ӧссенским собором. Обычно она была недоступна, и по веским причинам; но начальник, учитывая обстоятельства, наделил Лукаса особыми полномочиями. Брайану он не сказал при разговоре в келье о смерти, но ему не удалось найти ни одной записи о том, что на этом так называемом… божьем суде… кто-то хоть раз выиграл.

Брайан умер спустя несколько минут страданий от мгновенного действия яда, что ӧссеане посчитали инфарктом. Никто не убеждал их в обратном. Верховный жрец наверняка подозревал, в чем дело, но расследование было скорее вопросом политической воли, а ее было недостаточно; что не прошло бы даром ӧссеанам, землянам сходило с рук и благословлялось тихим согласием, ведь межпланетный конфликт никому не был на руку. В конце концов, казнь состоялась, а ересь наказана. Тело Брайана сгорело. Посол подтвердил версию об остановке сердца и родителям Брайана. Они были людьми современных взглядов: тела, конечно же, не потребовали, а в итоге не захотели получить и пепел.