– Сказала бы? – Джейк понимал, что кричит, но не мог остановиться. – Сказала?

– Я сказал, хватит. – Браконьер зажал Джейку рот. – Я не умею говорить речи, но тебе надо меня выслушать. У тебя шок, поэтому ты можешь много чего наговорить. Но Алия теперь тоже Беглец. Она нужна отряду, она смелая и выручала нас так же, как ты. Не ты сделал своих родителей учеными. Не она заставила свою мать делать то, что та сделала. Но вам обоим придется жить с последствиями их поступков. Ей сейчас тоже тяжело.

Браконьер убрал руку. Джейк свернулся на полу. Его тело отяжелело, руки и ноги словно налились свинцом. Остальные стали устраиваться на полу рядом с ним.

– Похоже, мы просидим здесь до вечера, – сказала Ласточка. – Так что ложитесь и постарайтесь отдохнуть. Готовьтесь к тому, что вы очень устанете. Сегодня мы должны пересечь границу. Теперь не только ради себя, но ради всех тех, кого вы знаете, ради других ребят из Академии, ради ваших друзей, ради людей на улицах каждой деревни и каждого города мы должны пересечь границу и передать этот диск с записью кому-то в Шотландии, чтобы они пришли нам на помощь.

Если бы гуляющие по пляжу нарядные туристы заглянули в домик лодочника, подумал Джейк, они бы были потрясены увиденным: группа грязных, измотанных детей в потрепанной одежде. Еще больше они поразились бы, узнав, что эти дети собираются сбежать из Англии нынче вечером.

Но самому шокирующему они бы даже не поверили: Коалиция, их любимое правительство, вовсе не заботилась о них. Напротив, она была готова убить любого, кто не соответствовал ее требованиям.

Он вспомнил слова папы за завтраком: «Для Коалиции ты никто».

Он сжал кулак и почувствовал холодное прикосновение диска. Он забыл, что по-прежнему держит его в руках. Беглецы вокруг него один за другим погружались в сон. Только Браконьер не смыкал глаз, сидя на страже.

Кэсс спала, положив ошейник рядом с собой. Джейк осторожно поднял его, вывернул наизнанку и вставил диск обратно. У него не было при себе клея, но диск прочно держался на месте. Он снова обернул ошейник вокруг запястья и застегнул пряжку.

Затем он взглянул на Алию. Во сне она выглядела как ребенок. Джейк понял, что Браконьер был прав, и залился краской. Она была такой же смелой, как и он. И она тоже потеряла мать – другим, не менее ужасным способом.

– Прости меня, Алия, – прошептал он.

41

41

Джейк еще не спал, когда в дверь постучали пять раз, как и говорил Монстр.

Браконьер открыл дверь. На пороге стоял высокий костлявый мужчина. Он был очень странно одет: клетчатый костюм, включая жилет, высокие шерстяные носки, желтый галстук и кепка.