Дэви забарабанил пальцами по столу с немыслимой скоростью. Пальцы мелькали в воздухе, словно крылья колибри.

– Все в порядке, Дэви, – успокоил его Джейк. – Браконьер умеет за себя постоять.

– Ты в любой момент можешь вернуться сюда, – сказала Кэтлин. – Эти двери для тебя всегда открыты.

– Спасибо, – ответил Браконьер, улыбаясь. – Не откажусь от ночлега и ужина.

Он и Ласточка стукнулись кулаками.

Джейк заметил, как Кэтлин и отец Энгус заговорщицки посмотрели друг на друга.

– А ты, Дэви? Ты остаешься в Шотландии? – спросил священник.

Дэви закрыл глаза, отвернулся и молча продолжил стучать по столу.

Джейк заметил, как Кэтлин приподняла бровь, как многозначительно взглянула она на отца Энгуса и взяла очередной кусок пиццы. Только когда мужчина снова заговорил, Джейк понял, в чем дело.

– Дэви, мы не просим тебя принимать решение прямо сейчас. Наше предложение всегда останется для тебя в силе. Мы хотели бы, чтобы ты жил у нас здесь.

– Мы? – удивился Олли.

– Да, – ответил отец Энгус и покраснел[66].

Дэви продолжил барабанить, но уже гораздо медленнее. Олли недоуменно посмотрел на Джейка, и тот пожал плечами. Он сам не мог объяснить, что происходит. Все замерли в ожидании.

– В любом случае, Дэви, – продолжил отец Энгус, – мы всегда рады тебе помочь. Мы хотим, чтобы ты чувствовал себя у нас как дома. Вот. Я сказал все, что хотел.

Дэви застыл и открыл глаза. Он не сводил взгляда со стола.

– Я буду жить в настоящем доме?

– Да, – тихо, но твердо ответила Кэтлин.

– С вами?

– Да.

Он поднял взгляд на Кэтлин и отца Энгуса.