Светлый фон

– Жонглирую шариками… шариками… Дело ведь не в шариках, – едва слышно проговорила она. – Дело в их количестве… Почему именно дюжина?

И тут внезапно все встало на свои места. Полли поразилась, насколько ответ очевиден.

– Я должна была догадаться сразу! – укорила она себя. –Две руки, и одна при этом короче другой… дюжина шариков, которые недвижимы… «Руки» – это же стрелки! А «дюжина недвижимых шариков» – это двенадцать цифр!

Полли направила бинокль на столб с часами на станции дирижаблей.

– «А живу я на ногте каменного пальца…» Столб чугунный, а не каменный и…

А живу я на ногте каменного пальца…»

Догадка посетила Полли в тот же миг, как над площадью раздался звон, и она стремительно перевела бинокль на часовую башню. Главные часы Тремпл-Толл…

Часовая башня и правда походила на палец, торчащий над крышами домов. А ноготь у этого пальца был, само собой, циферблатом.

Уняв нервную дрожь в пальцах, Зубная Фея спрятала бинокль и поднялась в воздух. Пронесшись над площадью, она опустилась на карниз у циферблата. В вечернюю темноту сквозь прорези цифр лился рыжий свет, минутная стрелка с гулом переместилась, а часовая…

Очередное послание обнаружилось здесь же – записка была привязана бечевкой к часовой стрелке. Отвязав конверт, Зубная Фея вернулась на крышу редакции и зажгла «штурм-фитиль».

Развернув конверт, она обнаружила еще одну загадка. Игра продолжалась…

 

«Я был здесь, но уже я там. Каждый день я ем заячий суп, но мои зубы жуют бумагу. Я глотаю саквояжников, а выплевываю башенников. Они бурчат у меня в животе и топчутся по моей спине.

«Я был здесь, но уже я там. Каждый день я ем заячий суп, но мои зубы жуют бумагу. Я глотаю саквояжников, а выплевываю башенников. Они бурчат у меня в животе и топчутся по моей спине.

Соринка попала мне в глаз. Прошу тебя, вытащи ее».

Соринка попала мне в глаз. Прошу тебя, вытащи ее».

 

Эта загадка, на удивление, была довольно легкой. Полли перечитала ее, чтобы проверить, все ли верно она поняла.

«Я был здесь, но уже я там»… В голову сразу пришло, что речь о каком-то средстве передвижения. А строчка «Каждый день я ем заячий суп, но мои зубы жуют бумагу», очевидно, намекала на то, что подразумевается городской транспорт: «заячий суп» – это «зайцы», которые вечно норовят проехаться, не заплатив за проезд, в то время как «жующие бумагу зубы» – это компостеры, пробивающие билеты.

«Я был здесь, но уже я там»