Чувствуя, что задыхается, она открыла рот и начала хватать им воздух, но воздуха все не доставало…

– Ты… ты не можешь быть мертв! Не можешь!

Она взяла руку доктора и крепко ее сжала. Пальцы Натаниэля Доу были одеревеневшими и гладкими… такими ненормально гладкими…

Слезы потекли из глаз. Чудовищная боль пронзила ее грудь – казалось, в этот миг сердце разорвалось на куски.

Полли закричала. Не в силах глядеть на мертвого доктора, она зажмурилась.

Не осознавая, что делает, она так крепко сжала руку доктора, что та вдруг попросту рассыпалась в ее ладони.

Полли недоуменно открыла глаза.

В ее руке был лишь снег. Тело доктора Доу исчезло, словно его здесь никогда и не было. Брызги крови, изуродованное зубами вольпертингера сердце… – ничего этого больше не было.

Лишь она стояла на коленях посреди леса. Ничего не понимая, Полли принялась рыться в снегу, словно пытаясь отыскать там доктора Доу.

Ветер прошел в вышине, шевеля ветви сосен. Он принес с собой плач.

Полли повернула голову и прислушалась. Нет, не показалось.

Поднявшись на ноги, она двинулась на звук, и вскоре ей открылась странная и жуткая картина.

На снегу под деревом сидел мальчик. Он горько плакал, опустив голову, но Полли мгновенно его узнала.

– Джаспер?

Мальчик продолжал плакать.

– Что происходит, Джаспер?

Она шагнула к нему и осторожно коснулась его плеча.

Джаспер поднял голову.

Полли отшатнулась. Его лицо, синее от холода и покрытое тонкой ледяной коркой, было искажено от боли. В заплаканных глазах застыло отчаяние. Он не узнавал ее.

– Это я, Джаспер… Полли…