Двенадцатую роту встречал совершенно незнакомый старший лейтенант с глубоким шрамом на лице, разорвавшим его щеку от уголков губ до уголка глаза, из-за чего он создавал некое жуткое впечатление. Скорее всего, повышен за боевые заслуги. Но никто из бойцов не смотрел на него свысока, да и не посмел бы. Таких офицеров ценили куда больше, чем знатных отпрысков и выходцев из богатых семей, так как получившие повышение в бою прекрасно понимали цену человеческой жизни и старались беречь своих людей.

Наиль взглянул на лейтенанта. Раз он их встречал, то он и был их новым командиром. Куда делся предыдущий — юноша догадывался, но точно знал только Дарнак. Но почему-то парню стало легче от осознания того, что его товарищей передадут, судя по всему, в надежные руки. И если назначен нормальный боевой офицер, то бывшие каторжане за заслуги перед короной точно будут помилованы и переведены в обычное подразделение. Это немного успокаивало.

Старший лейтенант выслушал «официальный» доклад Берка, после чего дал сигнал стоявшим позади него дознавателям увести пленников.

— Вы хорошо потрудились, так что заслужили немного отдыха. Идите в казарму, приведите себя в порядок, перекусите и получите новую форму вместо этих лохмотьев. Я разберусь с формальностями и подойду — познакомимся.

Несмотря на свирепый вид, голос у нового командира оказался довольно приятным и спокойным. Его поведение коренным образом отличалось от того, как вел себя их прежний лейтенант. Бойцы роты не знали, почему у них вдруг сменилось командование, но никто совершенно не расстраивался по этому поводу.

Двенадцатая рота вскоре прибыла в свою казарму. Здесь их уже ждал накрытый стол с несколькими разными блюдами, что для обычных солдат являлось небывалой роскошью. Для них даже затопили баню, а на выходе из нее выдали совершенно новую форму, на рукавах которой больше не было нашивок каторжан. Эта маленькая деталь не осталась незамеченной бойцами, так что настроение в роте было приподнятым.

— Вижу, вы уже обо всем догадались, — прозвучал голос нового лейтенанта.

— Рота, стройся! — приказал Берк, едва заметил прибытие командира.

Все пехотинцы моментально заняли свои места в строю. Старший лейтенант наблюдал за ними с благосклонной улыбкой. Даже если ранее они были ничем иным, кроме мусора, то, пройдя через бои, стали достойными солдатами. В горниле войны невозможно не измениться. И здесь сразу становится видно, кто есть кто, а гниль отсеивается в первых же боях.

— Мое имя Фарис, с этого момента именно моим приказам вы все подчиняетесь. Многие уже заметили, что нашивок каторжан на вашей новой форме больше нет, так что кое-о чем догадались. Рота у вас довольно необычная. В ней даже морт состоит, хотя должен быть в корпусе мортов. Что и почему — вы мне расскажите чуть позже. Завтра в полдень на главной площади Заставы состоится вручение наград и торжественное расторжение ваших духовных контрактов. После этого будут наказания для провинившихся, и вот мне хотелось бы рассмотреть этого «счастливчика» поближе. Десятник Нил, выйти из строя.