Жрица отступила от дверей и снова улыбнулась.

– Да заходите же.

Рэд еще раз коротко и взволнованно глянула на Эммона. Он обхватил ее пальцы своими, и они перешагнули порог, чувствуя себя так, словно ступают на вражескую землю.

Внутри Храм Рильта оказался таким же простым, как и снаружи, на каменных стенах не было ни единого украшения, кроме гобелена с пятью коронами – четырьмя по углам и одной в середине; Рэд помнила такой же узор и в Святилище Валлейды. От круглого холла расходились три коридора, два по сторонам и один прямо напротив входа, и ничто не выдавало, чего следует ожидать в каждом из них. По стенам висели светильники, изливавшие в полумрак неверный свет.

Все свечи в них были темно-серыми.

Эммон настороженно посмотрел на них.

– Только скажи, и мы сразу уйдем, – произнес он так тихо, чтобы услышала одна Рэд. В голосе у него шелестела листва. – Я даже не буду жаловаться на морскую болезнь.

– Нам нужно выяснить, что ей известно, – прошептала Рэд в ответ. Ключ жег ее сквозь карман. – Нужно выяснить, знает ли она, как мне снова попасть к Нив.

Эммон скрипнул зубами, но кивнул.

Каю направилась к среднему коридору, не оглядываясь, чтобы убедиться, пошел ли кто-то следом. Лира нахмурилась.

– Почему она знает, куда идти?

– Может, приезжала сюда раньше?

Но даже у Раффи не получилось сказать это уверенно. Он прошипел проклятье и поспешил за Каю.

Файф скользнул глазами к Рэд и Эммону.

– Вас это все тревожит так же, как меня?

– В точности, – буркнул Эммон.

Рэд вздохнула, отпустила его руку и двинулась за Каю и Раффи.

– Вы двое хуже моих престарелых нянек.

– Они такие веками, – сказала Лира.

В коридоре стояла тишина, нарушаемая только звуками их шагов по камням. Навстречу прошли еще несколько жриц, но совсем немного, и никто из них не заговорил, как будто они едва замечали прибывших. По обе стороны коридора тянулись ряды дверей, иногда распахнутых и открывавших вид на пустые кельи с незастеленными кроватями и незаполненными шкафами.