От щелчка задвижки позади она подскочила, поворачиваясь к помосту спиной, согнув колени и вытянув вперед руки со скрюченными, будто когти, пальцами. Каю изваянием застыла рядом с дверью, широко открыв глаза и стиснув челюсти.
Толкнувшая дверь жрица ахнула, прижав бледную перебинтованную руку к обширной груди.
– Помилуйте Короли, – пробормотала она с чуть заметным рильтийским акцентом, от которого все слова казались напевными. Однако блеск в ее глазах выдавал скорее нетерпение, чем удивление. Она оглянулась через плечо, коротко кивнула кому-то невидимому позади. И дверь закрылась.
Рэд выпрямилась из боевой стойки, и яростное выражение на ее лице растаяло, уступая место взволнованному. Так близко к жрицам Ордена она все еще чувствовала себя неуютно, хотя Диколесье теперь таилось у нее под кожей и было надежно от них укрыто.
– Простите, – пробормотала она, стараясь сделаться как можно меньше, чтобы обойти жрицу и добраться до двери.
– Что вы, не отвлекайтесь на меня. – Жрица стояла прямо на пути к выходу, не обращая внимания на ее попытки бежать, и мягко улыбалась. В свободной руке, не прижатой к груди от удивления, она держала незажженную серую свечу. – Наше Святилище невелико, но молиться в нем можно не только по одному. Прошу, Вторая Дочь.
– Леди Волк, – едва сдержала рычание Рэд.
– Да, да, разумеется. – Жрица поднесла свою свечу к одной из горящих и подержала ее так, поджигая фитиль. Но от двери так и не отошла, преграждая выход, будто часовой. – Меня зовут Маера.
Маера. Рильтийская форма имени Мерра. Обычай называть детей в честь Вторых Дочерей всегда казался Рэд жутким, однако случалось такое нередко. Она скрестила руки на груди, неожиданно чувствуя, что как будто защищает собственное имя, не желая, чтобы оно доставалось кому-то другому, не имеющему представления обо всем, что кроется за таким наследием.
В дрожащем пламени свечи на шее у Маеры мелькнул кулон. Обломок бледной коры на тонком шнурке.
– Красиво, правда? – легонько коснулась его Маера. – Он не позволяет нам говорить с Королями, как Верховная Жрица. Но при должном подходе дает ощутить их волю более остро.
Бинты на ее пальцах не заставляли долго гадать о том, каков был
– Носить его – большая честь, – тихо продолжила Маера. Бросила взгляд туда, где в сумраке стояла Каю. – Необходимо доказать свое право получить кулон. Свое право оставаться в рядах сестер и пользоваться дарованной защитой.
Стоявшая у двери Каю была бледнее кости.
Рэд не понимала, что происходит, но и внутренний лес, и остатки обычного человеческого чутья в ней утверждали, что пришло время убираться из этой комнаты.