– А когда я умру?

Король улыбнулся, в глазах у него что-то блеснуло.

– А кто сказал, что придется?

Это определило ее решение, рывком выбросило ее из растерянности и метаний, из запутанной смеси гордыни и вины. Сверкнувшая на мгновение улыбка, искра злорадства.

– Нет, – сказала Нив.

Лицо у него исказилось. В прошлом остались нежные руки и ласковые слова; он схватил ее за плечи и дернул на себя пальцами со сгнившей кожей, к голым костям и сухожилиям которых цеплялись веревки мышц. Половина лица у него провалилась, скула торчала под неправильным углом, кромка губ иссохла, а между зубов виднелась гниль.

– У тебя нет выбора, – прошипел он, выдыхая вонь мертвечины, от которой Нив чуть не стошнило. Вальхиор больше не тратил магию на то, чтобы делать себя красивым и цельным; использовал ее лишь для того, чтобы его тело оставалось хоть отчасти человеческим и могло дальше терзать Нив. – Нас не убить останками богов, Нивира, не получится вырвать из стены берцовую кость и заколоть нас. Если мы и освободим свои души, то лишь на собственных условиях. Тебе нас не заставить.

В сознании Нив всплыл их путь по лабиринтам костей к Солмиру, часы ли назад он был, или дни – текучее время подземного мира понять не давало. Только кость бога может убить другого бога, но боги эти должны быть созданы схожим образом, выкованы в одном пламени. Мы сами сделали себя богами, рявкнул он тогда.

Нив подумала о Левиафане, говорившем устами трупа своей давно мертвой любви по другую сторону стола, уставленного водорослями и соленой водой в винных бокалах. Сказавшем ей, что божественность – это просто: наполовину магия, наполовину вера. Он верит в тебя. И, если это имеет значение, я тоже.

Как Короли сделали себя богами? Магией, которой на поверхности они пользовались больше всех прочих и потому стали сильнее. И здесь тоже – магией, иной и более темной, которую они отнимали у других божеств, убивая тех и осушая до дна.

Как сделала и сама Нив.

Наполовину магия, наполовину вера.

Она закрыла глаза и подалась назад – и телом, и мыслями – и с такой силой вырвала себя из хватки проекции Вальхиора, что чуть не полетела на пол, когда та рассыпалась, оставляя ее на прежнем месте в кругу каменных Королей. Солмир ее подхватил, удержал на ногах. Его руки на ее плечах дрожали, хотя с лица у него по-прежнему не сходила высокомерная усмешка, так что Нив задумалась, не прикидывался ли он все это время – испуганный мальчишка, играющий роль злодея.

Она отступила от него на шаг. Все скоро прояснится.