– Отмена, – сказал Гардон. – Белтс, живой? – спросил он по громкой связи.

– Почти… – сипло ответил динамик.

– Не спать! Не приехали еще. Осмотрись и доложи потери второму пилоту Иву. Всем отбой! – Рэд переключился. – Джой, свяжись с десантным отсеком через инком. Что-то мне это не нравится. Узнай, как там… Виктор, сидеть! Основной энергоблок – на тест. Систему управления огнем – на тест! Мне сейчас бортинженер, а не врач нужен: автодиагностика висит, не видишь?

– Сейчас здесь соберутся все Военно-космические силы Аналога-1, – пробурчал Артур Дэйв, вытирая ладонью пот со лба. – Их тоже постреляешь, Гардон?

– Если орудия успеют перезарядиться, – сказал Рэд. – Вы ведь такого ответа от меня ждали, Артур. Я вас не разочаровал?

– Звездолет АСП класса МНК, – сообщил Фил.

– Гардон, привет, – раздался в рубке знакомый голос. – Это Седой. Не вздумай шарахнуть по «Таро». Я на двухстах пятидесяти градусах. Поймал ваше сообщение с ретранслятора. Очень занимательно.

– Привет, Алекс. Видим вас.

– Ты где «Гепарда» взял?

– Подарили. Слушай, Александр, тут такое дело… У С-стрэйка… старший пацан «Вышку» заканчивает. Возьми к себе стажером.

– Обсудим. – Седой осекся, сделал паузу и тихо выругался, отвернувшись от микрофона. – Рэд, я пока ведомым перестроюсь – провожу до базы. Не возражаешь?

– Нет.

– Эскадра на выходе из тоннеля перехода, – сказал радист. – А вот это уже интереснее! Слушайте.

– «Гепард», я «Транспортник-6 Лагуна». Слышал сообщение. Иду к вам за подробностями, не открывайте огонь.

– Я «Стек», экспедиционный, иду к вам. Не открывайте огонь.

– Я «Спасатель-5», альфа-радиус. Уточните характер ОМП, находящегося на борту. Обозначьте возможную зону поражения. Иду встречным курсом, буду в вашем секторе в девятнадцать ноль-ноль.

– Дом, милый дом! Я «Атлант», дальняя разведка. Как много мы пропустили! Иду к вам.

– Сделай потише, – попросил Рэд. – Все понятно уже. Виктор, я не могу пульт второго пилота разблокировать, где-то замкнуло.

Блохин встал и подошел к месту, где сидел Ив.

– Ага, замкнуло. Полморды снесло, он еще удивляется, почему спарринга нет.