— Полторы сотни лет. Извини, если шокировала.

Меня уже ничем не шокировать.

Зато теперь пришло понимание, отчего между Маро и другими гимназистами пролегла зона отчуждения. Мне, например, совершенно не интересны люди, волею судеб оказавшиеся в моём окружении. Они просто дети. Предсказуемы, скучны и слабы. В подавляющем большинстве. А проблема Маро ещё и в том, что одноклассники знают о её даре. Естественно, завидуют. Ненавидят. Потому что страх смерти живёт в каждом из нас. Почти в каждом.

Остаётся открытым вопрос, почему существо, чей возраст перевалил за столетие, получает паспорт с левыми цифрами. Наверное, в клановой России всё продаётся и покупается. Впрочем, ничего нового.

— Заострённый кулак! — раздаётся голос мастера.

Выдвигаю фаланги среднего, указательного и безымянного пальцев. Наношу удар правой, Маро выставляет блок. Бью слева — мягкий отвод.

— Где ты хочешь тренироваться? — спрашиваю у бессмертной.

— Для начала — в парке. Или на берегу, подальше от посторонних глаз. Можем у тебя, но ты же в ПСП ночуешь, как я слышала.

— Сгодится парк.

Меняемся ролями.

Теперь я в защите.

— А что с оружием? — уточняю я. — Вряд ли можно размахивать мечом в людных местах.

— Предлагай безлюдные.

Переключаемся на удары ногами.

У меня растяжка ощутимо хуже, и это ограничение накладывает отпечаток. Мои жалкие высеры Маро легко блокирует, мне же приходится действовать на грани возможностей. Кажется, у этой девчонки вообще нет костей, а удары поставлены так, что зависть берёт. Даже меня, повидавшего многих бойцов за прошедшие века.

— Горы, — бросил я наугад.

— Серьёзно?

— Туда можно добраться по канатке. Пять-шесть станций из центра.

— Ладно. Я напишу тебе свой номер. Какие планы на выходные?

— Их много. Предлагаю утром ехать.