— Больше вопросов не имею.

— Пятьдесят машин под командованием подполковника Смирнова идёт встречать южный десантный отряд, разведчики над ним висят, наведут. Бомб взять по максимуму, ниже трёх тысяч не спускаться, главный удар — по транспортам и авианосцам. Оставшиеся двадцать пять машин поведет подполковник Рокутов. Ему нужно меньше сил, поскольку с ним буду я. Я и буду проводить целеуказание. После уничтожения северного отряда мы придём на помощь береговой обороне базы.

Группа Антона стартовала первой. Тяжёлые машины легко, грациозно, словно настоящие птицы, отрывались от бетонных полос аэродрома и, набрав высоту, вставали в круг, ожидая остальных.

Построились тройками в журавлиный клин.

Внизу волновался безбрежный океан, позади остался пылающий райский остров, впереди ожидал опасный враг.

Когда далеко впереди показалось вражеское соединение, Антон вышел в эфир:

— Американское корабельное соединение, двигающееся в сторону Гавайских островов! Говорит полномочный представитель Правительства СССР на Гавайских островах полковник Дикобразов. Ваш курс ведёт к опасности, поскольку Гавайи подарены Советскому Союзу императором Японии, и теперь принадлежат СССР. Ваша попытка высадить десант на острова является актом агрессии по отношению к Советскому Союзу. Требую немедленно повернуть ваше соединение к берегам Северной Америки. В случае невыполнения моего условия вы будете подвергнуты атаке.

Через минуту динамики ожили:

— Русский полковник, именующий себя представителем Правительства СССР! Говорит командующий двенадцатой оперативной эскадрой, адмирал Ричмонд Келли Тернер. Гавайские острова принадлежат САСШ, и я намерен выполнить свой долг по водружению американского флага на островах. Я и мои подчинённые не боимся бессильных угроз.

Антон переключился на связь с самолётами группы:

— Все всё слышали? Действуем согласно доведённому вам плану. Цели выбираете из числа указанных, прицеливание осуществляете индивидуально, сброс строго по моей команде, сериями по шесть-восемь бомб. Вопросы есть?

Подождал пять секунд и удовлетворённо заключил:

— Вопросов нет.

Самолёты перестроились в атакующий порядок, направились к цели. Антон только успевал подавать команды на бомбометание, к воде потянулся град из сталистого чугуна с тротиловой начинкой. Идея покрасить бомбы в светло-голубой цвет, высказанная одним из механиков, сыграла с самой лучшей стороны: даже Антон, с его генетически модифицированным зрением, с трудом различал падающие бомбы на фоне моря и неба, а что видели обыкновенные матросы-сигнальщики? Сигнальщики не видели бомб, рулевые не получали нужных команд, корабли и суда маневрировали вяло и с большим запозданием.