– Все будет хорошо, – успокаивающе ворковала она, как обычно уговаривают упавшего ребенка. – Все будет хорошо, правда ведь?

Трудно не думать о своей тени, как об отдельной сущности! И не обращаться с ней соответственно. Еще труднее ее не любить. Не чувствовать себя ответственной за нее.

А тень тем временем обняла Чарли, став плащом за плечами, ковром под ногами, вуалью. Настоящая магия. Ее магия.

Как бы ни было неприятно получить удар в лицо, Чарли вдруг улыбнулась разбитыми губами. Потом сообразила, что если Адам напал на нее у больницы, то должен был прежде проследить за ней. Значит, он знает, где она живет. И как бы ни был зол, вполне способен поехать прямо туда.

Чарли достала сотовый и, прижав его к мгновенно отозвавшейся болью щеке, набрала номер Поузи.

Гудок. Еще один. И еще.

– Я знаю, что ты не спишь, – пробормотала она.

Включилась голосовая почта. Должно быть, сестра работает с клиентом по «зуму». Чарли перезвонила и, послушав гудки, повесила трубку, но тут же предприняла еще одну попытку.

Наконец Поузи ответила:

– Чарли, я…

– Ты должна уйти из дома. Немедленно.

– Почему у тебя такой странный голос?

У Чарли не было времени объяснять про распухшую губу.

– Я серьезно. Сейчас же уходи. В кофейню или аптеку – неважно куда. Просто возьми свой ноутбук и кошелек, выйди через заднюю дверь и перепрыгни через низкий забор в соседский двор. Ну, который с батутом.

– Что…

– Я останусь на линии, пока ты это проделаешь.

– У меня же сейчас сеанс! Я карты читаю, – запротестовала Поузи.

– Я же сказала – немедленно! – рявкнула Чарли.

– Дай мне секунду.

Чарли услышала, как сестра с кем-то разговаривает примирительным голосом, но не разобрала ни слова. Оставалось только надеяться, что она объясняет клиенту о необходимости прерваться.