Чарли кивнула.

– Угу. Та еще история.

– Означает ли это, что ты снова в деле? – уточнил Бальтазар.

Она пожала плечами.

– Я из себя такое посмешище сделала. Думаю, на некоторое время мне стоит залечь на дно.

– Да брось ты! Репутация Шарлатанки всегда на высоте, – возразил он, пригубив виски и поморщившись. – Фуу! Вкус такой, будто кто-то облил бензином шину, поджег ее, а потом забросал огонь землей.

Одетта подошла и села рядом с Бальтазаром.

– Коктейли пьем, как я погляжу? А про меня забыли?

– Можете взять мой, – предложил Бальтазар, пододвигая ей свой бокал. – Без проблем.

Одетта возражать не стала. А Чарли взамен налила Бальтазару амаретто, который он принял с благодарностью.

– Слышали новости? – спросил он Одетту.

– О Лайонеле, что ли? – скривившись, уточнила Одетта. – Самое смешное в том, что я всегда знала о его садистских наклонностях. И самовлюбленности тоже. Но при этом считала его мужчиной интересным, принимающим свои сильные и слабые стороны. Однако можно знать человека, но при этом не иметь представления о том, насколько далеко он способен зайти. Вот и Солт, как выяснилось, не признавал никаких границ, а я ради собственного спокойствия предпочитала закрывать на это глаза.

Сделав еще глоток, Чарли задумалась о собственных границах.

– Вдруг оказалось, что он может быть повинен в смерти милого паренька Фионы.

– Эдмунда Карвера, – чеканя каждый слог, подхватил Бальтазар, переводя взгляд на Чарли.

– А я думала, его мать звали Киара, – удивилась та.

Одетта кивнула.

– Да-да, все верно, но я имею в виду первую жену Солта. Через Фиону мы с ним и познакомились. Бедняжка, сколько на ее долю выпало испытаний! Сначала потеряла дочь, потом внука, теперь вот это. И всего за два года.

– Как получилось, что вы всех их знали? – спросил Бальтазар.

– Ах, всего лишь поименно, не более того. – Одетта посмотрела в зеркало, как бы изучая собственное лицо.