Чарли лишь головой покачала.

– Поехали. Объясню по дороге. И давай заскочим к Тине. Ну, журналистке. Помнишь ее?

Выполнив просьбу сестры, Поузи доставила их в съемное жилище, которое до сих пор было огорожено лентой как место преступления. Через окно Чарли влезла в свою спальню, приняла душ в собственной ванной и легла спать на собственном матрасе. Поузи пристроилась рядом, а тень Чарли свернулась вокруг них обеих.

Когда она проснулась, в нос ударил запах отбеливателя, и она поняла, что простыни все еще пахнут Винсом.

Она вытянула руки вверх и посмотрела на свои длинные пальцы с накрашенными черным лаком ногтями, который частично облупился. Ловкие пальцы, способные взломать замок и открыть сейф.

Сумевшие схватить Винса в обличье тени, борющегося с древним мраком. Если бы она не разгадала его намерение, если бы не подоспела вовремя, то Винс угодил бы прямиком в пламя камина! От него даже тела бы не осталось.

Эта опустошающая мысль не покидала Чарли и когда она принимала душ. Она чувствовала себя узницей в перевернутом мире, в котором не было Винса. Ее взгляд упал на отделанную кафелем стену, на то место, где прежде находилась ее тень.

Отсутствие которой не просто захлопнуло некую дверцу в сознании Чарли, но и лишило доступа в потенциальное будущее. Сумеречницей ей теперь точно не стать. Едва ли подобное входило в ее планы, но все же…

Отнеслись бы Наместница и остальные к ее словам с большим вниманием, обладай она ожившей тенью? Позволили бы ей увидеть Винса?

Прежде она не сомневалась в его желании вернуться домой вместе с ней, но, как следует пораскинув мозгами, изменила свое мнение. Винс не привык к самостоятельному существованию, и возможности его были весьма ограниченны. Вероятно, он не видел для себя никакого будущего после кончины Солта, а теперь это самое будущее наступило, и он впервые в жизни получил возможность поступать по своему усмотрению.

Если, конечно, Теневая ложа позволит.

Чарли стало интересно, что он думает о ней самой, привыкшей совершать импульсивные поступки, не принимая во внимание последствия. Похоже, они оба сдерживались, когда следовало бы принять вызов.

Помывшись и облачившись в собственную одежду, Чарли стала дожидаться Поузи.

– Мама прислала мне штук семнадцать сообщений с требованием вернуть «универсал», – сообщила вышедшая из спальни сестра, тоже переодевшаяся.

Чарли посмотрела за спину Поузи, на ее тень. Проследив за направлением ее взгляда, Поузи нахмурилась от беспокойства.

– Странно, да?

– Не знаю, – отозвалась Чарли. – Сама-то что чувствуешь?