Чарли прислонилась к дверному проему, не входя в комнату.

– Ты пришла повидаться с Редом, верно? Вот и хорошо! Уверена, что он обрадуется. Он спрашивал о тебе. – Аделина улыбнулась фальшивой улыбкой.

– Его зовут Винс, – поправила Чарли, с интересом наблюдая за выражением лица Аделины, которая пыталась решить, стоит ли затевать спор из-за имени. И беспокоило ее не то, что Чарли назвала его иначе, а то, что оно и правда казалось настоящим.

Во всяком случае, так он сам себя называл.

– Я поговорила с членами Теневой ложи, и они разрешили мне забрать его домой. Я стану его опекуном, а он продолжит свое существование в роли почившего Эдмунда. – Странно, но в ее глазах при этом промелькнул страх.

– Как именно вы собираетесь это осуществить? – поинтересовалась Чарли.

– Я уже запустила процесс аннулирования свидетельства о смерти. – Аделина снова делано улыбнулась. – Ты же понимаешь, что так будет лучше, не правда ли? Ред станет очень богат. Только прежде ему придется несколько лет провести под моим присмотром.

Мысль о том, что Аделина возьмется опекать Винса, когда должна бы была понести наказание, привела Чарли в ярость. И отчетливо звучащие в ее голосе собственнические нотки лишь усугубляли ситуацию, делая ее еще более жуткой.

– Может быть, он вовсе этого не хочет.

Аделина откинула волосы назад.

– По-твоему, он предпочел бы жить в подполье с воровкой?

– Думаю, он предпочел бы делать почти все, что угодно, лишь бы не оставаться в доме вашего отца, – парировала Чарли.

– Разве ты не слышала? – Аделина изогнула одну идеально выщипанную бровь. – Мой отец скончался той ночью, после того как остался наедине с тобой. Он получил тридцать три ножевых ранения ножом для вскрывания писем.

– Какая трагедия, – насмешливо отозвалась Чарли, которая, конечно же, слышала эту новость.

– Что ты с ним сделала? – угрюмо поинтересовалась Аделина.

– Отобрала у него пистолет и отрезала его тень, – пояснила Чарли. – А потом ушла, так что к остальному – что бы там ни случилось – я не причастна.

– Ах, как удобно, – усмехнулась Аделина.

– Что верно, то верно. – Чарли посмотрела на ноутбук Аделины, на зеленую кожаную сумку «Шанель», в которой она его носила, на бриллиантовые сережки-гвоздики у нее в ушах. – Вы его единственная наследница, не так ли?

Аделина нервно коснулась рукой своих волос, пропустив прядь между пальцами.

– Не пытайся вовлечь меня в свое преступление, – жестко сказала она. – А с собственным чувством вины борись сама как знаешь.