Видимо, я улыбнулся. Следовавший впереди синьор Теста этого не видел, однако парень в сером предупредительно поднял руку, останавливая меня, и что-то спросил у хозяина на непонятном, каком-то отхаркивающем языке. Синьор Теста кивнул и прошёл в дверь, услужливо распахнутую перед ним «бордовым», а я остался стоять с поднятыми над головой руками, пока опытные пальцы проверяли меня на предмет оружия, хотя, нет, пожалуй, не только: так тщательно и медленно нащупывают разве что «жучки». Я был чист, я это знал, но процедура почему-то заставила меня понервничать. Вероятно, я представил себе, как для осуществления своей мести вынужден буду пробиваться через эти накаченные, непробиваемые сгустки мышц. Силы были явно неравны. Но ведь и я не играл по сценарию.

Мне дали понять, что можно проходить дальше. «Дальше» оказалось гигантскими апартаментами со стеклянными стенами и видом не только на всё поле для гольфа, но и далеко вниз, вплоть до моря. Мне показалось, я вижу отсюда черепичные крыши Савоны. Возможно, так оно и было, но в этот момент меня отвлекла гораздо более интересная мысль: я представил себе, что это не просто закрытый клуб, а одно из личных поместий синьора Теста, где он милостиво соизволил отдать весь (а может и не весь) участок под игрища для местной элиты. Это объясняло отсутствие каких-либо опознавательных знаков и заставляло по-новому посмотреть на замеченных мной в ресторане публичных персонажей.

Синьор Теста, подобно телохранителю в его офисе, стоял спиной ко мне перед окном-стеной с бокалом вина в руке и по-прежнему завёрнутыми брючинами. Белое махровое полотенце переброшено через шею. Заслышав шаги сзади, не поворачиваясь, поманил бокалом.

– Почему Testa Speditore?

К счастью, я привык делать домашнюю работу заранее.

– Крупнейший перевозчик в Италии. Дальние маршруты. Растущие аппетиты – залог карьерного роста. Я люблю дорогу и знаю, что могу больше, чем мне готовы предложить обычные фирмы из этой отрасли. Дядя Джузеппе очень хорошо о вас от…

– Женат?

– … зывался. Женат? Я? Нет. Всё как-то не…

– Семья есть?

– Да. – Я понял, что лучше брать пример с собеседника и говорить только по существу.

– Чем занимаются?

– У них ресторан.

– Мать итальянка?

– Нет, они оба из Ирландии приехали давным…

– Братья, сестры?

– Родных никого.

– На чём сейчас ездишь?

Он некоторое время выпытывал у меня все подробности, видимо, рисуя в голове картину того, куда я могу подойти как винтик для его налаженной системы. Или придумывал, какому бы испытанию меня подвергнуть, чтобы убедиться в том, что я тот, за кого себя выдаю. Впоследствии я долго размышлял над тем, каким образом мне так легко удалось втереться в доверие к человеку, который вправе каждый день ждать в гости не только шпионов, но и наёмных убийц. Почему он не заподозрил неладное? Почему просто не прогнал? Неужели достаточно интереса, проявленного каким-то Доном Витторио? Или знакомства с американским полковником, явно замешанным в тёмные делишки итальянской мафии? Позднее я понял. Когда человек достигает определённых высот в каком-то деле и считает, что всего добился сам, собственным умением, интеллектом и в не меньшей степени за счёт интуиции, он начинает полагаться на неё, искренне веря в непогрешимость своего суждения, и тут-то его подстерегают ошибки, иногда почти незаметные, иногда – судьбоносные. Для синьора Теста такой судьбоносной ошибкой был я.