– Чёрт…

В зале раздались сиротливые аплодисменты. В дверях стояли синьор Теста и Дон Витторио. Где-то позади них маячили невозмутимые фигуры других охранников. Мне подумалось, что сейчас я буду представлен новому противнику, и всё начнётся заново, однако увиденного хозяевам оказалось достаточно.

– Переоденешься – заходи ко мне, – сказал синьор Теста и вышел.

Дон Витторио направился следом, показав мне по пути большой палец. Тоже мне, римский патриций фигов…

Остаток дня, вечер, ночь и утро я провёл под крышей – частично на крыше – клуба. Главным образом, чего-то ожидая, а если честно – наблюдая. Не стану врать, будто меня сразу же ввели в святая святых, перезнакомили со всеми отдыхавшими там знаменитостями и предложили на выбор дюжину прекрасных одалисок из местного гарема. По большей части, подозреваю, про меня просто забывали. Синьор Теста сразу после зала в присутствии Дона Витторио прочитал в мой адрес несколько сдержанных панегириков, суть которых сводилась к тому, что я ему подхожу, и он даже готов на следующий день дать мне одно важное поручение. Испытательное, да, но важное. Мол, водить машину и даже очень хорошо водить машину могут многие, а вот совмещать это с умением дать в морду чемпиону Лазурного берега – он так и сказал «чемпиону Лазурного берега», как будто круче некуда – может далеко не каждый. Вообще же я остался под впечатлением того, что путь к сердцу этого негодяя проложила мне моя редкая для Италии фамилия. Синьор Теста определённо знал толк в сатанизме и прочей модной чернухе, а Алистер Кроули, похоже, был его кумиром с детства. В итоге меня похвалили, велели ждать завтрашнего утра и забыли.

Тем временем в клуб стали стекаться новые гости.

Я сперва посидел в фойе, теряясь в догадках, откуда знаю вон того расфуфыренного юношу или вон ту даму преклонных лет, о которых ей все боятся намекнуть и потому она щеголяет в наряде девочки-подростка, или вот этого белозубого красавца – хотя нет, красавца я знал по американским фильмам, правда, не помнил, как его зовут, или высокого старика, отчаянно жмущего руку премьеру Италии, или… ладно, четверти часа подобных посиделок хватило для того, чтобы осознать, как себя должен чувствовать человек, волею судеб проникший в пуп земли. Примечательнее всего было то обстоятельство, что большинство гостей на знакомые физиономии вообще никак не реагировали, будто не замечали. Они были выше мирской суеты. Они-то наверняка знали, как трудно быть богом…

Утомившись отсутствием должных переживаний – сюда бы мою маман, она бы в обморок раз десять подряд упала при виде всех этих знаменитостей, – я бочком-бочком вышел через стеклянные двери на улицу перевести дух и собраться с мыслями. Поле для гольфа загадочно изгибалось, уходя вдаль, подсвеченное незаметными днём прожекторами на деревьях и в кустах. Никакой эйфории по поводу столь удачно складывавшихся обстоятельств у меня не наблюдалось. Ну повезло и повезло. Вопрос в том, что теперь делать. Ждать утра и получать задание, после выполнения которого мне наверняка предложат неплохое содержание и возможность роста внутри организации, или посылать куда подальше мою легенду, срывать прикрытие и подступать к божественному синьору Теста с острым ножиком у горла, мол, давай-ка, братец, колись, рассказывай, куда девал русскую красавицу Татьяну? Первое было настолько же очевидно, насколько второе – глупо.