Вышло так, как я и планировал. Эмануэле, в отличие от меня, Милан понравился. Мы поселились на два дня в маленькой гостинице «Манин», в номере с видом на уютный парк Монтанелли. Приехали мы вечером пятницы, и когда моя спутница зашумела водой в душе, я набрал телефон Бонифачо. Он сразу же взял трубку и выразил радость по поводу того, что я жив-здоров. В общих чертах обрисовав ему обстановку, я сказал, что есть короткий разговор, на который он должен прийти подготовленным, то есть с полным представлением о том, кого считает конкурентами. Он меня не понял, но обещал подумать.

С Эмануэлой проблем не возникло. Приученная мной к самостоятельности, она согласилась провести утро следующего дня в центре – торговой галерее Виктора Иммануила и на улице Данте. Она понимала, что у меня есть дела по работе, и лишних вопросов не задавала. Надо, значит, надо.

Бонифачо встретил меня в условленном месте, перед фонтаном на Замковой площади84, где всегда много туристов и суеты. По традиции матёрых заговорщиков мы некоторое время делали вид, будто не знаем друг друга, одновременно высматривая потенциальных «хвостов» и наблюдателей. Удостоверившись в том, что за нами нет слежки, купили билеты и зашли на территорию крепости – поскольку Сфорца, конечно же, построили крепость, а не замок.

При упоминании фамилии полковника Бонифачо изумлённо поднял бровь и проронил:

– Мир тесен.

В части у нас все знали, что полковник Митчелл занимается какими-то левыми делами, но до подробностей – и то далеко не до всех – был допущен только я. Дальше Бонифачо слушал молча и внимательно, что с ним бывало редко. Закончил я предложением, ради которого и приехал:

– Поскольку новых операций и новых машин в ближайшее время не намечается, не хочу оставаться в долгу у тебя и твоих ребят. Полковнику нужны результаты. Мне, сам понимаешь, тоже. С пустыми руками я долго не прохожу. Вот я и подумал, что пора бы найти удобных козлов отпущения. Чтобы и мне хорошо, и вам. Понимаешь?

– Не до конца.

– У тебя какая территория? Только Милан?

– Обижаешь: вся Ломбардия.

– Вот и отлично. Дай мне наводки на те группы, которые вам тут мешают. Мы их руками полковника подчистим. И мне работёнка, и вам попросторнее станет.

– Конрад – ты гений! – просиял Бонифачо, сразу смекнувший выгоду. – У нас тут как раз недавно новая опухоль образовалась: кенийские гастролёры. Видал, сколько их по всему городу расползлось, сумками и всякой бижутерией приторговывают? Так это, как водится, только вершина айсберга, чистоган, так сказать. А вообще ребята более чем серьёзные. Уже отжали несколько полулегальных казино в округе. Если так дальше пойдёт, заварушки не миновать. Лучше её упредить. Поговаривают, что наши чинуши присматриваются в качестве подмоги к русским браткам. Вот уж кого нам точно здесь не надо. Но эти козлы из муниципалитета не понимают. Хорошо, что ты со своим планом вовремя созрел. Давай я с моими мужиками покумекаю, как лучше в этом направлении двинуться, а ты мне, скажем, во вторник, хотя нет, чего откладывать, завтра воскресенье, точно, в понедельник вечерком набери из будки, я тебе в лучшем виде целое досье подготовлю. Твой полковник будет доволен. Тем более что, если честно, думаю, эти обезьяны чем-то подобным тоже наверняка промышляют. Им белые дамочки жуть как нравятся. Заодно, глядишь, кого-нибудь спасём за компанию.