— Как мне хотелось бы тоже порадоваться за тебя, — печально отозвалась Дагмар. — Но я могу лишь молиться.

Тауно дернул Нильса за рукав.

— Не надо было твоей жене приезжать, — сказал он так тихо, что его услышал только Нильс. — Она слишком святая для такой встречи.

— Но столь же храбрая, как и прежде, — возразил муж. — Она не расстается пусть с ничтожной, но все же надеждой уговорить вас остаться и, возможно, все же спасти вас, одарив после крещения вечной жизнью. — Он грустно улыбнулся. — К тому же мне не хочется расставаться со старыми товарищами. После тебя все живущие на земле кажутся мне изнеженными слабаками.

Нильс взглянул на подругу Тауно, задержал на мгновение взгляд и торопливо перевел его на жену.

Тауно вздохнул:

— Не утруждай ни себя, ни нас. Нам тоже не будет хватать вас. Но мы должны уйти, и вряд ли нам когда-либо суждено увидеться.

Женщины тоже услышали его слова.

— И верно, быстрое прощание лучше всего, — проговорила та, что выплыла из моря. — Отправляйтесь домой и будьте счастливы.

— Вы решили уже, куда направитесь? — спросил Нильс.

— Нет. Как можем мы это знать, отправляясь в неизвестность? Сперва на запад — к Винланду, или еще дальше. Там должны найтись просторные земли, волшебный мир и люди, еще не затронутые христианством. Они пока открыты для нас. — Тауно широко улыбнулся. — Кто знает, не станем ли мы там богами? — Увидев, как Дагмар поморщилась и перекрестилась, он добавил: — Мы, конечно, не стремимся к этому, но кто знает? Всякое может случиться, вот почему мы и отправляемся в путь.

— Чтобы увидеть как можно больше удивительного за отпущенный нам срок, — нетерпеливо добавила возлюбленная Тауно.

— Но ведь рано или поздно вам некуда будет идти! — воскликнула Дагмар.

— Да, волшебный мир обречен, — кивнул Тауно, — а усилия таких, как ты или Нильс, приближают его конец. — Он сжал плечи друга, поцеловал в щеку его жену. — Но мы все равно любим вас.

— А мы вас, — пробормотала Дагмар сквозь слезы. — Должны ли мы будем скорбеть о вас, обретя вечность?

— Нет. Не больше, чем станете вы скорбеть о всем этом мире. — Женщина обвела рукой море, земли, небо. — Хорошо, что вы запомните его таким. А мы станем частью его.

— Ингеборг… Надя… — Удивление приглушило печаль Дагмар. — Кто вы?

— Обе и никто. Дитя тоски, чья мать умерла при родах. Пусть ваше дитя принесет вам только радость… Мне нужно придумать себе новое имя. Ты разрешишь мне назваться Эйян?

На сей раз смертная женщина обняла женщину волшебного мира.

* * *