– Ладно, веди их сюда, – приказал Зугард.

«Информаторами» оказались двое придурковатых елдыринцев. Один из них – долговязый, неотёсанный молодчик – нёс полную ахинею про какого-то деда с технологией. Однако многое из того, что он сказал, совпало с данными расчётов. «Буду идиот, если поверю, – думал Зугард. – Или останусь в дураках, если упущу такую возможность…»

В конце концов, генерал решился рискнуть. «Ну что, в сущности, будет стоить прокормить двух елдыринцев? – рассудил он. – Зато, если эти клоуны не врут, я смогу переманить учёного на свою сторону. Тогда посмотрим, кто станет главнокомандующим! Или – чем чёрт не шутит? – военным диктатором…»

Профессора необходимо было найти как можно скорее. Чтобы придурки не сбежали, Зугард посадил их под замок. Для этого он обратился к Готфриду. Пришлось оформить ему и Фридриху документы о командировке. Люди Зугарда распространили слух о том, что елдыринцы попали в лагерь для военнопленных. Сначала всё шло хорошо. Генерал энергично занялся поимкой старика или хоть кого-нибудь из партизанской верхушки. Увы, поиски не приносили успеха. На захваченных кораблях не находили ничего особенного, а допросы были бесполезны. Тогда Зугард начал подозревать, что елдыринцы не так уж просты.

«Возможно, этот полоумный Антоха знает больше, чем говорит? – рассуждал Зугард. – Возможно, его туповатый друг Дюндель – на самом деле молодой гений, преемник профессора?»

Чтобы выяснить правду, Готфрид задействовал Марго и Фриду. Увы, им тоже не удалось выяснить ничего важного. Зугард был разочарован: он чувствовал себя полным идиотом. «Обманули меня клоуны, – сокрушался генерал. – Прибить бы их, гадов!»

А потом он узнал, что клоуны сбежали. «Этого ещё не хватало!» – ругался Зугард. Была надежда поймать придурков у входа в консульство, но люди генерала их так и не встретили. Зугард пытался найти беглецов теми способами, которые он мог себе позволить. Однако мирная Джоселин-Белл-Бернелл не была его территорией. Поиски пришлось прекратить. «Ну и хрен с ними», – решил генерал. Ни денег, ни связей, ни выхода на важных людей у придурков не было. Скорее всего, они просто отправились домой нелегальным путём и попали в переделку.

Несчастья здорово измотали беднягу Зугарда. Пламенное страдание, в котором он жил, сменилось апатией. Оправдывая себя, признавая вину лишь частично, он вяло тащил своё мрачное генеральство.

Однажды случилось невозможное: Зугард получил посылку от принцессы. Охваченный немыслимым жаром, он бросился читать сообщение – однако вместо слов любви обнаружил следующее: