Генерал невольно чувствовал, как нетерпеливо бьётся его сердце – и внезапно, резко остановившись, оно пропустило удар… «Ну всё, пиши пропало, – подумал Зугард, увидев позади пленного елдыринца свою Визулинду. – Я, кажется, свихнулся».

Визулинда смотрела на него своими насмешливыми глазами. «Интересно, – рассуждал Зугард, – она проекция, галлюцинация или другая женщина, которую мой мозг принимает за принцессу?» Тощая вобла позади пленных была явно Хельмимира, но какое это имело значение? Понимая, что находится в реальности какого-то причудливого сна, Зугард направился к любимой. «Только бы не ляпнуть ничего лишнего… А то вдруг это всё взаправду?»

– Вот мы и встретились, Ваше Высочество, – произнёс генерал, подойдя ближе. – Такого я, признаться, не ожидал… Можно узнать, что вы здесь делаете?

– Я делаю здесь историю фармакологии, – проговорила Визулинда. – А вы?

– А я – историю Мундиморы, – запросто ответил Зугард. – Пообщаемся?

– Похоже, у меня нет выбора…

– Конечно, нет. И будьте уверены: уж вас-то я допрошу по полной программе! Возможно, придётся даже применить нестандартные методы допроса.

– Так вот, как вы обращаетесь с пленными, негодяй.

– Только с вами. Вы только и делаете, что нарываетесь на наказание…

Хельмимиру посадили в отдельную каюту и приставили конвой. «Всех этих духовных лидеров хлебом не корми – дай уничтожить себя перед допросом», – говорил Зугард своему адъютанту. Остальных пленников, которые пытались бежать, отвели к «камикадзе». Старик находился здесь же, но Зугард напрочь забыл о нём. Генерал даже не подумал, что это мог быть «профессор». Понемногу цех опустел, и подчинённые генерала принялись заниматься своими делами.

– Ну что, доигрались, Ваше Высочество? – усмехнулся Зугард, глядя на принцессу. – Вы, наверное, думали, что вам всегда будет сходить с рук любая выходка? Извольте пройти со мной в каюту.

Глава 24: Допрос с пристрастием и театр абсурда

Глава 24: Допрос с пристрастием и театр абсурда

– Присаживайтесь, Ваше Высочество.

Визулинда опустилась на табурет в углу каюты. В ней не было ни тени страха – лишь омерзение, которое, как показалось генералу, она относила и к себе самой. Руки принцессы лежали на коленях, грудь вздымалась под тугой застёжкой закрытой блузы. Её беззащитность отдавалась в крови генерала нестерпимым вожделением. «Теперь не убежите!» – думал Зугард, блокируя дверь. Щёлкнули засовы – и обратного пути уже не было.

– Итак, – начал Зугард, расхаживая взад-вперёд, чтобы скрыть волнение, – рассказывайте, что здесь происходит.

Визулинда молчала.