Мастера Лягуха и мастер Какаха не носили одежд, выдающих в них боевых красных магов. Как и вообще магов. Простые кожаные дуплеты, неприметного цвета, суконные штаны и кожаные ботинки – наряды характерные для обычного горожанина среднего достатка.

Третий маг остался в Ваниции. Трица, мельком видела его, но не особо запомнила внешность. Такой же невзрачный, как первые два – отложилось в памяти наемницы.

Корабль подошел к старой пристани. Прямоугольные каменные глыбы, торчащие из воды, подогнанные одна к другой без единой щелочки, покрывала зеленая тина и гниющие водоросли. Волны накатывали на круглые валуны каменистого пляжа. Берег усевал мусор и трупики мелких рыбешек. Чайки кричали в небе и дрались за добычу на земле.

Конопатое лицо Трицитианы, с глубоко запавшими глазами, осветила искренняя радостная улыбка. Она попросила Мамбу, помочь ей встать, чтобы лучше разглядеть единственного человека, встречавшего корабль. Это был Ломонд – ее отец.

Доброе лицо старого мага испещряли сотни мелких морщин. Когда-то рыжие, как у Трицы волосы, были коротко пострижены и давно поседели. Синие глаза с хитрым прищуром, мерцали задорными искорками. Однако небольшая бородка почему-то резко контрастировала с волосами своим иссиня-черным цветом.

Разглядев состояние дочери, Ломонд перестал улыбаться. Но остался стоять на месте, дожидаясь, когда матросы поставят сходни, а Мамба поможет Трицитиане спуститься на пристань. После этого он крепко обнял дочь.

– Солнце, что с тобой? – обеспокоенно спросил маг.

Трица попыталась беззаботно махнуть рукой, но та оказалась слишком тяжела, а мышцы слишком слабы. Движение получилось больше похожим на судорогу.

– Решила познакомиться твоими гостями, которым ты устроил очень горячий прием.

– Гвардия Хадна-ара. – нахмурился Ломонд. – Но сейчас не до разговоров. Ты больна, тебе необходим плотный ужин, а затем в кровать и спать.

– Ну, пааап, – взмолилась Трица. – Я спала всю дорогу.

– Не спорь с отцом. – отрезал маг и обратился к Мамбе. – Неси ее наверх, в мои покои.

– Его зовут Баклажан! – Лиса представил чернокожего воина и довольно улыбнулась.

Комната в башне была небольшая и довольно холодная. Из-под деревянной двери с кованой ручкой и дубовым засовом, ощутимо сквозило. За разноцветным стеклом стрельчатого окна, сгущались сумерки. Трица лежала на просторной кровати с балдахином. Ломонд что-то варил в медном котелке причудливой формы.

– Узнаю твою работу, отец. – арт-три с восхищением рассматривала высокую спинку кровати. Резец мастера искусно подчеркнул красоту древесины Мурдского дуба. – Не будь ты магом, мог стать отличным столяром.