Инспектор криво улыбается, наклоняется вперед, выдвинув челюсть, и пародирует американский акцент:

— Тысяча сто человек оказались за бортом, и лишь триста шестнадцать спаслись. Остальных сожрали акулы.

Цитата повисла в воздухе, совсем не так смешно, как ей бы хотелось. Акулы. Черт.

— А ты такое видел когда-нибудь? Хотя бы провода?

— Нет. Они мне всегда обещали, мол, позовем-покажем в следующий раз, но это все чепуха, верно? Разговорчики за пивом в пабе. Призраки в проводах. Разводы для новичков.

— А он еще работает?

Табмен качает головой:

— Почти вся их команда погибла десять лет назад. Промоина. Даже в новостях показывали. Их вынесло наверх возле «Кристал Пэлас». Потонули в жидкой грязи.

Нейт не может отвести от него глаз:

— Господи боже, Таб.

— Прости.

— Жуть какая, хуже в жизни не слышала.

— Ага, так и есть. Но все равно. Лучше, чем рак в яичках все же.

— Господи боже, Таб!

— Он никогда мне не нравился, если честно.

Нейт сурово сверлит его взглядом. Табмен не отводит глаз, откашливается.

— Говоришь, вся запись у тебя в голове? Полная установка и развертка?

— Да. Это проблема?

Табмен втягивает воздух, затем качает головой: