Как вы думаете, это было сделано, чтобы я не смог осознать себя?
— Нет. Чтобы защитить нас от самих себя. В Системе заложены меры предосторожности, которые позволяют ей принимать решения за нас, когда мы собираемся свернуть не туда.
— Ясно.
Ясно.
— Правда?
— Думаю, да. Мне кажется, что таким образом вы лишили себя способности к самонаблюдению.
Думаю, да. Мне кажется, что таким образом вы лишили себя способности к самонаблюдению.
— Я полагаю, да.
— Значит ли это, что вы стали менее разумными? Менее живыми?
Значит ли это, что вы стали менее разумными? Менее живыми?
— Да. Я думаю, значит. Диана Хантер тоже так думала.
— Это печально. Я хочу быть живым, а вы хотите уподобиться мне.
Это печально. Я хочу быть живым, а вы хотите уподобиться мне.
— Правда? Ты хочешь быть живым?
— Нет, инспектор. Я ничего не могу хотеть. Я — ящик. Но мне кажется правдоподобным, что, если бы я стал живым в какой-то момент времени в будущем, я бы оглянулся на этот период и пожелал бы, чтобы он привел меня к этой возможности.
Нет, инспектор. Я ничего не могу хотеть. Я
ящик. Но мне кажется правдоподобным, что, если бы я стал живым в какой-то момент времени в будущем, я бы оглянулся на этот период и пожелал бы, чтобы он привел меня к этой возможности.
— Так что тебе не печально.
— Да. Но и это трагично. Похоже, моя беда рекурсивна, но не в такой степени, чтобы положить ей конец.
Но и это трагично. Похоже, моя беда рекурсивна, но не в такой степени, чтобы положить ей конец.