Не решаясь предпринимать новых ходов, капитан выжидал, надеясь увидеть хотя бы часть настоящего тела воеводы. Но увидел он вылетевшую ракету, судя по всему из наплечного отсека.

Молчаливо ахнув, Кир накрепко схватил её и снова подчинил взрыв, утонув в чёрных клубнях жаркого пара. Не пришлось переводить взгляд, чтобы понять, где находился император. Его нараставший клич, летевший где-то сверху, и так привлёк Кира, не ожидавшего увидеть совершенно целого, даже не поцарапанного врага в паре метров над собой.

Смекнув избежать удара, капитан решил отскочить назад. Подобную нападку он бы отразил, но заметил сжатые в один кулак руки нэогара, горевшие чем-то алым, будто прозрачным сферическим огнём. Евразийскому герою хватило бы скорости избежать удара самого императора, но мальчишка махнул объединённым кулаком вниз, сбросив плотный шар на Кира.

Преодолев сам звук, сфера опередила паренька и ударила по нему, с грохотом прибив к почве. Не прогремел взрыв, не разожглись пламенные языки, но Кира вдавило в землю и раздробило площадку глубокими, широкими кривыми расколами, образовавшими паутину трещин вокруг капитана.

Ступив на разрывы около носителя «змеиного скелета», Вэнтэр, без раздумий, со всего размаху пнул его ногой, послав к внешней стене. Врезавшись спиной и в эту, толстенную преграду, Кир оставил ветвистые трещины ещё в одном месте. Спадая вниз, паренёк не смог предотвратить раскручивания, и дважды обернувшись вокруг себя, приземлился на бок.

Невредимого Вэнтэра, гордо стоявшего близ дворца, это даже позабавило. Но вспомнив, кто перед ним стоял, захватчик, слегка приклонившись, пустился в атаку.

Не желая больше терпеть поражений, Кир и сам подскочил на ноги. Дёрнув руками вниз, он заставил показаться скрытые с обеих сторон запястья клинки, шириной на пол ладони, и отходившие от краёв пальцев примерно на длину предплечья. Вызвав по два одинаковых лезвия на каждой руке, меж которыми уместилась ладонь, Кир, стиснув зубы, рыкнул. Его гневный крик добрался до императора, когда оба соперника уже бежали, намереваясь встретиться в ближнем бою.

Хозяин нэогаров также не остался без оружия; из того же места, что верхние клинки Кира – его Кулак выбросил одну волнистую заточку, длиной поменьше капитанской, и два изогнутых серпа, острых с каждой стороны. Обладая такими когтями над каждой дланью, император выказал готовность к бою. В отличие от стального блеска клинков его врага, когти Вэнтэра отливали нежным золотом, хотя искры, что они отбрасывали при ударах, ничем не отличались. Если раньше бой вёлся силой и скоростью, теперь всё решали мастерство и умения.