Маяк продолжал подавать сигналы. И теперь моя уверенность, что Дарьян с нами, возросла до невероятных размеров.

Объект приближался. С каким нетерпением желали мы прочесть название на его борту. В течение нескольких часов мы неотрывно следили за ним и прослушивали эфир. Объект не реагировал на сигналы, но мы старались подбадривать друг друга шуточками и не отчаиваться раньше времени.

− Пусть только попробует свернуть в сторону, − угрожающим тоном проговорил Нацтер.

− И какие неприятности ты нашлёшь на его голову? Лично я пожелаю ему асфальтовой посадки.

− А я… − он быстро сообразил, − пусть на этом корабле канализация в обратную сторону работать начнёт.

Я сдержанно засмеялась.

− А ещё, ещё… пусть на борту поселятся жуйские блохастые крысы. Пусть он вечно кружится вокруг Титана, и пусть его всегда преследуют метеоритные дожди, Чёрные Дыры и прочее. Я придумаю больше, когда он пролетит мимо.

− У тебя богатая фантазия. Особенно мне понравился первый вариант.

Неожиданно наше томительное ожидание закончилось: летящий объект вышел на связь. Мы готовы были запрыгать от радости, услышав его первое послание: «Получен сигнал о помощи, вас вижу, назовите себя».

Ему не пришлось долго ждать. Его корабль очень скоро закрыл собой смотровое окно. Это был «Чёрный Ангел», капитан, предпочёл скрыть своё имя, но согласился взять «Моего Принца» на буксир, а членов экипажа принять на борт. Несмотря на зловещее название – пиратами здесь не пахло. И даже, несмотря на конспирацию, имя нашего спасителя я была уверена, мы скоро узнаем.

«Мы согласны».

Ещё бы нам не соглашаться! Будь его капитаном какой−нибудь космический маньяк или даже псих, для меня не имело значения. Если капитан решил себя не называть, значит, у него есть на то веские причины. Что ж сразу он нас, если мы ему не понравимся, убивать не станет.

«Приступаю к стыковке», − сообщил капитан.

Помочь нашему спасителю мы не могли. Чтобы произвести должное впечатление на него, нами было решено привести свой внешний вид в приятный для обозрения. Оружие брать не имело смысла: я опасалась, что может среагировать контрольно−пропускной пункт. Зачем сразу навевать на спасителей в отношении нас нехорошие подозрения? Единственное от чего я не могла отказаться – это от сапожек с секретом.

К открытию шлюзов мы успели как раз вовремя закончить работы над собой.

Вместе с клубами морозного воздуха мы быстро, почти бегом преодолели стыковочный тоннель, и оказались в шлюзовом отсеке «Чёрного Ангела». Тепло отсека окутало нас, словно одеялом, и мы вскоре забыли о лютом холоде, царящем во многих отсеках «Моего Принца».