— Действительно нет! Она не владеет волшебством. Она сработала как… как… проводник, знающий тропу. Позволила силе пройти сквозь себя и просто собственной волей отвела её в другую сторону!

— А что, так можно?! — удивился Вакку.

— А я знаю?! Да это же… это же материал на целую учёную работу и задача для целой коллегии! Ирина, что вы сделали?!

Ира тряхнула головой, освобождаясь от неприятного ощущения после процедуры с участием крови. Да и не могла разделить с магами их восторгов, потому что слабо понимала, что такого необычного произошло. И естественно, у неё нет никакой магии, она же с Земли, у них чудеса только в книгах. Она почесала переносицу. Как бы это им в двух словах?

— Тут сила много быть. Сила быть живой. Она говорить моя голова. Я хотеть остановить песня. Всё плохо быть. Сила брать я горло и делать больно. Ей нравиться эйуна петь. Она не хотеть он остановиться. Она не любить говорить, пока песня. И я просить моя голова: «Хотеть ты другой песня?» Она хотеть — я петь. Я петь, нельзя без наказать быть. Нельзя просто смерть. Надо быть наказать Шукар Мираф и есть жизнь. Она слушать, смеяться и летать окно. Шея больно быть. Я не уметь так петь. Я плохо петь. Сила дать мне красиво голос и музыка, как я дома иметь.

— Этот шквал звуков — музыка?! — лицо Мерини перекосилось. — Да как её слушать-то можно? Она и без всякого дара заставляет сердце скакать, как у обречённого!

«Ну… в чём-то она права. Люди, исполнявшие: «…горел асфальт под шум колёс!»[47], своё дело в накачивании фанатов адреналином знают», — мысленно согласилась с ней Ира и пожала плечами.

— Мы слушать. Молодой много.

— Да уж надо думать! Для стариков такое уже слишком. Но постой… Я правильно тебя поняла? Ты договорилась с… силой, что была тут? Это как?

— Не знать. Просто говорить. Я не знать, эта работать. Я не есть колдовать.

— Это что-то невероятное! Необученное создание, которое не является ни Голосом, ни Дланью, перенаправило заклинание одного из самых нестабильных одарённых! — Доваль не скрывал эмоций, размахивая руками.

— Я мало знать про колдовать. Атарин и Дэкин много говорить: король, тану, стража, знатный люди, правила… Мы говорить про колдовать мало-мало. Я не знать, кто есть Длань, кто есть Голос. Тут слышать.

Волшебники замерли, а потом искренне рассмеялись, усаживаясь рядом.

— Думаю, нам стоит исправить эту оплошность и рассказать о себе самим, — подмигнул Доваль. Ира заметила, что, когда дело касалось волшебства или друг друга, эти люди теряли напускную серьёзность и становились словно члены одного кружка, забывая про формальности и этикет.