–Не думаю, что это правильная мысль. Мы можем закончить войну, если обо мне забудут все, но не ты.

–Это неправильно! – воскликнула она. – Люди имеют право знать, что ты у них есть! Я не хочу, чтобы они снова начали верить в конец света!

Было похоже на правду, но решение не простое, ведь, если продолжит душу памяти так, как желает Анастасия, о нём вспомнят все.

Представить её слова в фантазии было невероятно сложно. Поставить себя на место этих людей невозможно, потому что художник не знает, кто он для них, и каково им забывать его, а потом заново вспоминать. Всё перемешалось в голове, ещё и новое чувство вины, только теперь перед людьми, внезапно появилось и заставило художника переосмыслить над тем, чем он владеет.

–В газетах то можно вспомнить про меня всё.

–В газетах они тебя не вспомнят, а впервые прочтут и, в основном, не правду. Это не совсем одно и то же.

Даже не заметил, как люди разделились на два фронта. И чем ему ответить? Мир перевернуть? Это можно сделать и словом, и делом. Конечно, лучше молчать в стороне, не пачкая рук, но, доверяя другим собственные действия, возможно перепачкаться полностью.

–А как же моя семья?

–Об этом позаботилась давно. Они в безопасности. Было легко их убедить, что художник, рисующий души им родственник – помогла твоя сестра.

–Ты знала, что Иллиан мой отец? – поразил её вопросом, и Анастасия не поверила ушам, и все её шаги перевернулись.

В мыслях неразбериха, и ей нужно знать детали – это злая шутка или что?! Её планы подкосились от этой фразы

–Как? – воскликнула она, не желая верить в услышанное, ведь он ей – главный враг.

–Что как?

–Как это возможно?!

–Ответь на мой вопрос, и я всё скажу, что о нём думаю.

–Спрашивай.

–Иллиан второй основатель, а первый называет себя полководцем?

–Да, – ответила она, немного растерявшись.

Художник рано ликовал, но в глазах его сияла истина: «Данучи! Эх, Данучи! Зачем же мы с тобою так похожи?!»!

–А как остановили время для себя?