И Гриос выдвинул из-под стола своё огромное колено.

— Присаживайся, ласточка, не бойся, не обижу! Сейчас мы ребята мирные. Правда, ребята? Вот!

Бедная Бэсти не посмела ему отказать. Пунцовая от стыда, она, полуприсев на колено чаттарца, тихонько отхлебнула из кружки.

— А мы — развлечём тебя какой-нибудь историей. Кто начнёт первым?

— Вот был у меня в юности друг, — повёл рассказ один из чаттарцев.

— И вот, вбил он себе в голову… иначе говоря — влюбился как безумный в одну прелестную девицу. А девица та была, надо сказать, не наша — из соседнего села. Время пахать и сеять, землица — сытью пахнет, а у них одна любовь на уме. Не могло это кончиться добром, потому что наше селение с тем селением давнюю имело вражду, и не просто так. На колах, на ножах выходили драться! И решили образумить парня старики, а девчонку — тамошние старики, тоже, снарядили быстренько замуж.

Только не было суждено сыграться свадьбе. Наши влюблённые отчаялись и решили, ни много, ни мало, бежать… Только куда от нас убежишь! Не дали. Тогда парень, друг мой, дождался пока она заснула, достал нож и её во сне… убил… Потом вооружился саблей, заседлал на коня и поехал туда, где обычно под вечер старики собирались. Кого саблей на месте… кого конём потоптал… Потом развернул коня и, на всём скаку — в пропасть…

— Что ты о страшном да о грустном! — не выдержал другой чаттарец. А молчавший до сих пор тагркоссец добавил:

— Жил у нас в Тагр-Коссе, во времена Корвина-Завоевателя, один славный рыцарь. Звали его Ангарайд, был он беден, но удачлив и в бою отважен. И была у него любимая жена. Говорят, что сам Ангарайд был на лицо весьма уродлив, весь в шрамах, побитый, с кривым висячим носом. Вот женился он, а жена и говорит с сожалением: "Неужто и наши детки будут на тебя похожи?" А Ангарайд ей в ответ: "Чего?! Ты только попробуй родить такого, кто был бы на меня не похож!"

И тагры, и чаттарцы, и келлангийцы отряда Еминежа застучали кружками по столу, схватились за животы от хохота. И только Бэсти постаралась сделать вид, что ей нисколечко не смешно…

— Только во-от не келлангийская ли это байка? — утирая слезы, спросил рыжебородый Еминеж.

— А по-моему — чаттарская, — возразил Гриос.

— А вот — ещё одна, — продолжал тот же рассказчик. — Как-то Ангарайд обратил внимание, что когда гонят овец, то возглавляет стадо всегда козёл.

"Скажи, — спросил он у пастуха, — а ты полностью доверяешь этому козлу? Вдруг он заведёт стадо куда-нибудь в пропасть?"

"Как тебе сказать… — ответил пастух. — До сих пор таких случаев не было."