— Ничего я не натворил! Почему ты сразу думаешь, что я в чем-то виноват? — как-то неожиданно жалобно заскулил он.

— Потому что я тебя знаю. Говори!

Он отвернулся от меня и что-то пробормотал.

— Говори! — грозно скомандовал главный друид племени карнутов.

— Да, это я сделал, — неохотно признался он.

— Что сделал?

— Я убил короля.

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать седьмая

— Но почему, Кром? Тебе Котуат приказал?

— Он мне ни слова не сказал. Я пошел в его лагерь, хотел объяснить: я не предавал его! Я очень злился, что он не взял меня с собой. Но он даже не стал со мной разговаривать! Тогда ночью, когда никто не видел, я ударил Тасгеция мечом. Я же клялся на этом мече Котуату. И я думал: раз Тасгеций мертв, Котуат сможет вернуться в крепость и возьмет меня обратно.

Кром словно задохнулся. Он и так говорил почти шепотом, а теперь и вовсе замолчал. Мы стояли рядом в вонючем закутке. Я ждал продолжения. Но Кром только жалобно спросил:

— Как думаешь, Айнвар, возьмет меня Котуат обратно?

Ох, этот Кром! Просто клубок какой-то запутанный! Я вздохнул.

— Не знаю, Кром. Лучше бы ты подождал, пока у Котуата появится побольше сторонников. Но что ж теперь... Так. Тебе надо исчезнуть. Ты же видишь, родичи вождя кричат, требуют мести. Вот что. Возвращайся в форт Рощи. Я дам тебе двоих воинов. Но уехать ты должен совершенно спокойно, без спешки и суеты, не привлекая внимания.

И тут этот тип меня поразил. Он гордо вскинул голову и произнес:

— Я не хочу быть в долгу перед тобой! Даже если ты спасаешь мне жизнь.