Я вернулся в Ценабум и попросил созвать совет. В доме собраний, перед тем как обратиться к людям, я поднял свою ясеневый посох и ударил им об пол, чтобы придать весомость своим словам.

— Сейчас среди князей нет ни одного, кто мог бы заручиться поддержкой всего племени, — неторопливо проговорил я. — Опасная ситуация, незачем сеять в племени рознь. Но есть один, которого все всегда уважали. — Я помолчал. — Я предлагаю вернуть на трон Нанторуса. — По залу пронесся удивленный вздох, но я не обратил на него внимания. — Пусть он правит хотя бы до тех пор, пока у нас не появится по-настоящему сильный вождь. Если мы назначим выборы сейчас, племя разделится, а если передадим трон Нанторусу, этот выбор примут все. — Я посмотрел на старца со шрамом через все лицо, и добавил: — В старых головах найдется немало полезного для племени. — Конечно, такое утверждение — не обязательно правда. Но зато люди услышали то, что хотели услышать, то, что им нравилось.

— Но Нанторус слаб, — неуверенно сказал кто-то. — Он сам отказался от власти, когда понял, что не сможет больше вести людей на битву...

Я сделал вид, что обдумываю эти слова, а потом сказал им:

— Если карнутам и предстоят битвы в скором будущем, то врагом нашим будет не соседнее племя. Как и для всей Свободной Галлии, враг у нас теперь один — это Цезарь. Рано или поздно с ним придется сражаться, но к тому времени у нас будет один вождь — молодой, сильный, уверенный в победе. Нанторус будет нашим вождем, но когда дойдет до дела, в битву нас поведет Верцингеторикс из арвернов!

После моих слов настала ошеломленная тишина. Я знал, что так и будет. Перед советом я долго разговаривал с Нанторусом. Теперь, по моему знаку, он вышел вперед, а я отошел в сторону, давая возможность вождю занять свое место. Я хотел вызвать в старом вожде прилив сил, и в разговоре один на один рассказал, чья рука метнула копье ему в спину. Но предупредил, чтобы он не обвинял Тасгеция на людях. Камни, брошенные в мертвых, случается, отскакивают назад... «Лучшей твоей местью, — сказал я, — будет победа над его приятелями римлянами».

Да, ему пришлось сдержать ярость воина, но именно это придало ему уверенный вид, подобающий настоящему вождю. Без споров не обошлось, но к концу дня Совет единодушно избрал Нонторуса. Никто не предложил лучшего решения в нашей не простой ситуации. Собственно, и выборы оказались не нужны, ведь его уже избирали один раз. Даже людям Тасгеция пришлось согласиться, однажды они уже голосовали за него и теперь глупо было бы отказываться от собственного выбора.