— Так и должно быть, — сказала она. — Видел бы ты, сколько чар и заклинаний мы на него навесили, лишь бы он не попался римлянам.

Я долго отвечал на бесконечные вопросы, но, в конце концов, все же добрался до дома, чтобы поесть и отдохнуть. Дом встретил меня множеством старых и новых мелочей, носивших следы двух его хозяек. Женщины усадили меня на лавку, принесли воды сполоснуть лицо и ноги, дружно посокрушались над моей истрепанной одеждой. Все у них получалось слаженно и гармонично. Интересно, приходилось ли им ссориться без меня? Если что и было, по ним не скажешь.

Я с любопытством огляделся. Любой человек, даже если он недолго живет в каком-нибудь месте, оставляет на нем свой отпечаток, примерно так же, как потоки силы между землей и звездами оставляют следы на ладонях. Брига и Лакуту легко погрузили меня в милый беспорядок, в яркую домашнюю жизнь. Ткацкий станок, груды ткани, глина для посуды, новые одеяла, незнакомые домашние принадлежности, табуретки, горшки, детские запахи, клетки на стене для кур, корзины с яйцами и сетки с луком, на веревках под стропилами сушится одежда. О прошлом говорили только железная решетка очага и мой резной деревянный сундук.

— Есть новости о нашей дочери? — первым делом спросил я Бригу, откусив первый кусок ритуального хлеба.

— Нет. Но в годовщину зачатия друиды дали ей имя, Айнвар. Нашу дочь зовут Майя. Дочь земли.

Имя отозвалось во мне беззвучной музыкальной нотой. Правильное имя. Майя, дочь земли. Дочь Галлии.

— А что здесь делает этот паренек? — Я кивнул в сторону бывшего слепца. Он сидел, скрестив ноги, возле моего очага и ел мою пищу, как будто так и должно быть.

— У его матери опухоль в животе, — рассказала Брига. — Мы с Сулис лечим ее. Детей привели в поселок, раздали по домам. Его мы взяли к себе.

— Ну конечно, — с легким сарказмом сказал я. — Куда же его еще девать? — Впрочем, Брига не обратила на мой тон никакого внимания. — Сколько ему лет?

— Он — старший. Звать Кормиак Ру. Красный Волк.

Услышав свое имя, мальчик поднял голову, и я встретился с ним глазами. Я вспомнил, как держал его на руках в тот давний день и рассказывал про войну. Теперь ему оставалось всего несколько сезонов до посвящения. Впрочем, он же не из благородного клана. Я присмотрелся. Медноволосый, с глазами цвета льда, худой, на лице явно не мальчишеское серьезное выражение...

— Эти женщины под моей защитой, — неожиданно серьезно произнес он и вернулся к еде.

Да, имя у него подходящее... Я тихо спросил Бригу:

— Но ты же отправишь его потом к матери?