Мы шли вдоль берега Ауера. Весеннее половодье значительно подняло уровень воды. Вскоре мы узнали, что армия Цезаря идет за нами противоположным берегом. Рикс сразу отправил вперед легкие отряды всадников с приказом разрушить все мосты, чтобы Цезарь не смог перебраться на наш берег и напасть. Две армии так и шли почти вместе, держа друг друга в поле зрения, разделенные лишь бурным мутным потоком. Кельты развлекались, выкрикивая в сторону другого берега оскорбительные шутки. Никто не заметил, как Цезарь оставил небольшой отряд в густом лесу напротив одного из разрушенных мостов. Как только наша армия скрылась из вида, его строители приступили к ремонту моста. Цезарь остановил свои легионы, развернул их, пересек реку по новому мосту, и уже к следующему рассвету переполошил наших дозорных своим авангардом, буквально наступавшим нам на пятки. Каких только проклятий наши воины не слали в его адрес!

Верцингеторикс приказал ускорить движение. Он не хотел принимать бой на открытом месте, где Цезарь наверняка бы воспользовался своим численным превосходством. Если мы успеем прийти к Герговии, мы получим отменно выгодную позицию. После пяти дней тяжелого марша мы все-таки успели войти в ворота крепости на вершине горы. Подходы к ней на первый взгляд казались очень сложными.

Верцингеторикс отправил всадников с приказом задержать движение римлян, пока его люди разбивали лагерь на склонах вокруг крепости и организовывали охрану водных источников, снабжавших Герговию.

Рикс расставил племенные отряды вокруг стен. Отсюда можно было наблюдать за римлянами внизу, и сколько угодно посылать им самые ужасные проклятия и хвастать воинскими подвигами. Среди наших воинов оказалось немало лучников, так что римляне не рисковали приближаться слишком близко к нашим порядкам. А вот копья приходилось беречь; стрелы выходили дешевле.

Приготовления Рикса к обороне произвели на меня сильное впечатление. Все-таки он постиг военную науку не хуже, чем я — наставления друидов. К тому же он был явным лидером. Это делало их противостояние с Цезарем игрой достойных противников. Вот только по чьим правилам будет вестись игра, предстояло выяснить. Рикс не посвящал меня в детали, которые обязательно обсудили бы друиды. И это понятно. Он — воин, я — друид. Он командовал воинами по своим соображениям, я управлял друидами по своим.

После встречи со мной в священной роще битуригов Нантуа отправил своих друидов на восток. Он дал им задание встретиться с членами Ордена у эдуев. Вместе они должны были отправить депутацию к новому главному судье, только что назначенному Цезарем. Но римлянин не знал, что в состав магистрата эдуев входят друиды, и их слово там не последнее.