– Ну все равно, кому-нибудь да расскажу! – упрямо тряхнула роскошной черной шевелюрой девушка. – Саомиру там или Грампе. Ты ведь от кого-то да прячешься, ага?

– Слушай, что тебе нужно? – с досадой спросил Май. – Чего привязалась?

– С собой возьмешь – никому не расскажу, – заявила нахалка.

– Тебя? – удивился Май. – Я не по дорожкам прогуливаться собираюсь. Тебе что, по земле брюхом ползать нравится?

– Может, и нравится! Возьми – узнаешь.

– Да ты титьками о корни зацепишься! – колко сказала Мира. – Куда такой корове!

– Детишкам вроде тебя положено спать ночью в своей кроватке! – парировала Одора. – Да и нехорошо завидовать старшим. Май, ну что? Берешь меня? Или я начинаю всем подряд о твоих планах рассказывать?

– Взять тебя… – Май задумчиво осмотрел третьекурсницу с головы до ног. – Ладно, уговорила. Одежда нормальная у тебя есть? В которой по траве ползать можно? Я серьезно говорю – не по парковым дорожкам лазить собираюсь.

– Есть, а как же! – обаятельно улыбнулась девушка. – И по траве ползать, и… еще кое-чем заниматься. Так что? Где и когда встречаемся?

Такого Мира стерпеть не смогла. Отпустить Мая одного с этой… этой… заразой?!

– Я с вами! – решительно заявила она. – Май, только попробуй сказать, что нельзя! Не хуже иной коровы все разболтаю! – она метнула на Одору огненный взгляд.

– Блин! – возмутился тот. – Я вам что, экскурсию провожу для младшего школьного возраста? Может, мне все три курса с собой прихватить, да еще и на улице кого-то найти? Только скажите, я мигом смотаюсь!

– Ничего не знаю! – отрезала Мира. – Я, между прочим, в прятки лучше всех играю. Если уж она не помешает, то я – и подавно.

– Ладно, – внезапно легко согласился Май. – Тоже уговорила. В конце концов, ты моя хозяюшка, тебе за мной по жизни положено приглядывать. Только имейте в виду, милашечки, с вечерней поверкой сами отдуваетесь, если не уложимся по времени. Вас Клия прикрывать не станет. И лишние наряды, если попадетесь, сами отбываете, без моего участия. У меня времени нет. Уговорились? Тогда в восемь за дормиторием, у раздвоенного дерева с дуплом.

– Заметано, – шаловливо подмигнула ему Одора. И удалилась, покачивая бедрами, зараза этакая!

– Все, я ушел, – сообщил Май, и действительно тут же исчез за книжной полкой, в которой копалась Мира. Та грустно посмотрела ему вслед. И кто за язык тянул? Если бы не Одора…

Она наконец-то выдернула книгу, прочно засевшую меж других томов. «Повесть о славных деяниях святой девы Камасиэллы», значилось на нем. Мира уже читала летопись – раньше, по собственной инициативе, и когда Клия задала прочитать ее по внеклассному чтению, даже обрадовалась. Ей нравилось воображать себя на месте великой героини, расправляющейся с ордами бандитов, заполонивших южные графства после Кутарского кризиса. Но сейчас все настроение пропало. Меньше недели назад Май уже утащил ее в самоволку, закончившуюся внезапным личным знакомством с принцессой и выволочкой, которую с глазу на глаз ей устроил господин Саомир. И двухнедельным запретом на увольнительные – впрочем, не в наказание, а для ее же собственной безопасности, как туманно выразился проректор. А ведь в тот раз Май не собирался заниматься ничем опасным. Во что же она по доброй воле ввязалась на сей раз? И завтра с утра она дневальная – и дежурит по Академии тот же господин Саомир. Если они опять вляпаются в неприятности и не вернутся до утра, он устроит такую головомойку, что об увольнительных в город можно забыть на ближайшие полгода. И тогда прости-прощай заварные пирожные в кофейне «У Мараты»…