Вскоре по брусчатке прогрохотали сапоги нового патруля.

– За мной! – скомандовал Май, когда шаги стихли. – Еще четыре с половиной минуты.

Он потрусил вдоль стены здания. Мира бежала за ним, стараясь ступать как можно тише, пригибаясь возле окон, даже темных, и едва не теряя сознания от ужаса. Если их поймают на святой земле, то наверняка казнят на месте. О чем она вообще думала, когда ввязывалась в такую авантюру? Ой, мамочки…

В новой нише они пропустили следующий патруль, после чего Май присел возле еще одной двери, на мгновение подсвеченной спичкой, и принялся ковыряться во врезанном в нее замке. Механизм сопротивлялся дольше, чем прежний, и поддался, только когда невдалеке снова затопали сапоги. Май хладнокровно пропустил спутниц вперед, в черный провал, вошел за ними и прикрыл дверь за несколько мгновений до того, как в замочную скважину на мгновение заглянул лучик переносного фонаря.

– Вот и все, девчата, – по-прежнему негромко, но весело сказал он. – Вот и вся охрана вашего замечательного Глаза Бога. Считайте, что диверсия удалась. Какой идиот систему патрулей проектировал, хотел бы я знать? Младенец, и тот от них спрячется. Клоуны…

Он зашелестел, заскрипел, чиркнул – и тьму осветил небольшой огонек на конце факельной спички. Его свет выхватил из темноты лица юных злоумышленниц: перемазанные, перепуганные и страшные в мечущихся тенях.

– Кто-нибудь раньше попадал в подсобные помещения? – осведомился Май. – Как к Глазу пробраться, знаете?

– Вниз, – ответила Одора. – К Глазу всегда водили вниз. В первый раз я даже перепугалась до смерти. Думала, в могилу спускаемся и обратно не выберемся. Чуть не разревелась.

– Ну, вниз так вниз, – безразлично поднял бровь Май. – Мне кажется, или вон тот колодец – винтовая лестница? А ну-ка, банда, за мной. Пора грабить город, отданный на милость победителя.

Колодец и в самом деле оказался лестницей, узкой и тесной. Сначала они долго спускались по нему, потом шарились по темным извилистым коридорам. Май несколько раз зажигал новые факельные спички, и Мира старалась не думать, как они станут выбираться, когда они кончатся. Или если Май потеряет ориентацию – сама она заблудилась сразу и безнадежно. Как-то незаметно она ухватилась за руку Одоры, и та не только ничего не съязвила, но даже и сама до боли стиснула ей кисть. Бохака шла сзади, держась за куртку Миры.

– Оп-па… – вдруг сказал Май, останавливаясь. – Уже что-то интересное. Смотрите, девчата, куда мы попали.

Он поднял спичку повыше, и ее свет выхватил табличку с непонятными письменами на наглухо закрытой двери.