Бабушка оглянулась на часы:

— Пожалуй, чаю выпить будет не лишним. Вот сейчас эту морковку дотру и чайник поставлю.

Чай оказался очень кстати: от усиленной шинковки и перетаскивания тяжестей заломило спину и заныли руки. Я так, если честно, и на практике в столовой не надрывалась. С другой стороны, своя ноша не тянет, а делается все как раз для себя любимых.

— Хорошо!.. — бабушка взяла себе вторую печенинку и намазала ее маслом.

— Просто сказка, — я положила варенья на кусок булки, — идиллия, словно в книжке! Даже боязно…

— А чего бояться?

— Ну, — я повела рукой, стараясь облечь в связную мысль мелькнувшее впечатление, — просто, когда все идет слишком хорошо, часто бывает после этого ужасно, как раз, чтобы спустить это хорошо до среднего значения неплохо.

— Хм, — ба задумалась, — с одной стороны, твои рассуждения не лишены логики, с другой же…

Но договорить ей не дали: духи, до этого подхватившие эстафету рубки капусты и ее закваски, пока мы чаевничаем, в мгновение ока исчезли, а на крыльце кто-то громко нас окликнул. Ну, кто — кто-то?.. Разумеется, дражайший Федор Никифорович.

Мы переглянулись и поднялись.

— Прошу прощения, — Ковалев выглядел искренне смущенным, — но, тут такое дело…

— Что-то случилось? — с прохладцей, но нейтрально отозвалась бабушка.

— В общем, наша соседка, я вам о ней рассказывал, Елизавета Марковна, она вернулась из поездки и зашла ко мне на огонек. А я, дурак старый, про вас сообщил!

Он развел руками:

— В общем, вас срочно приглашают в гости! Мне велено вас привести любой ценой! Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!!!

И сделал жалобное лицо.

— Ну, если только ненадолго, — после показательных трех минут раздумий решила бабуля, — мы, видите ли, капусту квасим.

— Ой, быстро-быстро, честное слово!

Пришлось встать и идти в гости. Следуя за старшими, я подумала, что это даже хорошо: чем мы скорее врастем в местный социум — тем лучше, а то, что мы занимаемся капустой, позволит свести общение к минимуму, при этом никого не обидев. Даже наоборот — заработаем репутацию работящих и хозяйственных женщин. А это очень важно — репутация. Она нарабатывается годами, а теряется за один миг. Не помню, кто это сказал, но слова истинные, сколько раз убеждаюсь.

Соседка встречала нас на улице, возле калитки: среднего роста полноватая улыбчивая женщина, как говорится, «без особых примет». Одета тоже обыкновенно. После взаимных расшаркиваний она пригласила нас в дом, на чашечку чая. Впрочем, засиживаться мы действительно не стали: капуста не ждет. Хорошо, что особо убеждать никого не пришлось, Елизавета признала важность мероприятия. Нам только провели краткую экскурсию по участку (гордость хозяйки за свое детище чувствовалась на расстоянии) и откопали небольшой отводок можжевельника — забавного растения, относящегося к хвойным кустарникам, с мягкими плоскими иголками, слегка похожими на листья. А еще он замечательно пах! В общем, все довольны, а я — особенно!