ФантастикаЛунная Ведьма, Король-Паукстр 402
Светлый фон
Мне не нужно голоса Попеле, чтобы понимать: Аеси теперь в любой момент может стать тем, кем он должен стать. Но всё равно я ее слышу, слышу эти раздражающе плаксивые нотки. Я осознаю, что эта водяная фея мне совсем не по нутру. Сейчас я опять на дереве, в расчете прервать жизнь того, кому не суждено родиться, хотя он всё еще жив и ходит где-то внизу подо мной. Она решила, что моя месть – это всё, что мне нужно для подпитки, и здесь она права. Что до того, как изменился бы мир, останься этот человек в живых, – я не знаю мира настолько, а то немногое, что знаю, давно перестало меня волновать. Меня заботит то, чтобы через этот мир целыми и невредимыми прошли мои дети – любым способом, какой сочтут нужным, и я поубиваю всех, кто встанет на их пути. Это то, что ощущается проклятием богов: момент, когда до тебя доходит, что за своих детей ты бы не только умерла, но и убила. К тому времени как мальчики возвращаются, темнеет уже окончательно, и вскоре у костра не остается ничего, кроме силуэтов и теней. Из них двое – один в пепле полностью, другой с двумя полосами от лица до колен, – стоят возле глиняной спальной хижины и напевают, постукивая себе на джембе

Утро. Я вынуждена схватить спящего гриота, иначе он свалится на землю, и оттащить от места, где он собирался пустить с дерева струю. «Золотого дождика внизу никто не ждет», – шиплю я сердито, давая ему тумака. Лук и стрелы пропали вместе с кораблем. Единственное оружие, которое у меня есть, – это то, что на мне: кинжал и кривая панга[44]. Когда дело подойдет к убийству, мне придется совершать его вблизи. «Хорошо, не убийство», – досадливо морщусь я, хотя эта раздвоенность для водяной феи, а не для меня. К чему прятаться за всей этой заумной лукавостью? «Но он всего лишь мальчик», – произносит голос, похожий на мой. Всего лишь мальчик. Мальчик никогда не бывает мальчиком. Мальчик – это то, что из него вырастает. И я бросаю взгляд на небо, где кружат птицы, а бросив, испуганно замираю, потому что их глаза – это глаза сангоминов. Сангоминов, которые что-то высматривают, но одновременно стерегут, сосредоточенно наблюдают, напрягая всё свое внимание, пока не сбиваются меж собой так тесно, что образуют подобие тучи. Из входа в хижину вылезают мальчики. Они тянутся за пеплом, прикрыть то, что ночью отмокло из-за пота, и вскоре уже весь двор усеян толстым слоем белесой пыли. Зато они теперь все одинаковые. Одинаково выглядят, одинаково звучат, одинаково смеются, одинаково приседают, даже одинаково мочатся.

Утро. Я вынуждена схватить спящего гриота, иначе он свалится на землю, и оттащить от места, где он собирался пустить с дерева струю. «Золотого дождика внизу никто не ждет», – шиплю я сердито, давая ему тумака. Лук и стрелы пропали вместе с кораблем. Единственное оружие, которое у меня есть, – это то, что на мне: кинжал и кривая панга