– Не тяни с возвращением, – сказала леди Арэх, когда я присел с камнем в руках. – С оставшимся без пары что-то происходит. Похоже, он провоцирует прочих к началу инициализации бронеткани.

– Спасибо за информацию. Может, Пинки стоит вернуться раньше меня?

– Мы вместе это начали, Вонючка, – послышался его голос. – Вместе и доведем до конца.

Поднеся девятый камень к корпусу, я ощутил, как он пытается вырваться. Я расслабил пальцы, и он, вылетев из моей руки как из пращи, врезался в обшивку. Проследив за ним взглядом, я направился к шлюзу.

Мы с Пинки появились у шлюза с интервалом в секунду. Как только оказались внутри, даже еще при открытом внешнем люке, я решил, что нам больше ничто не угрожает. Но Сидра и леди Арэх велели побыстрее закрыть люк и заполнить шлюз воздухом.

– Бронеткань следует рельефу поверхности, – объяснила леди Арэх. – Она стремится заполнить любую полость. И я бы не советовала вам находиться внутри этой полости.

– С каждым часом все веселее, – проворчал Пинки.

Мы прошли через шлюз в «Косу».

Двигатели уже разгонялись – Сидра и леди Арэх не хотели потратить ни одной лишней секунды до нашей встречи с Ярким Солнцем. Избавившись от скафандров, мы вернулись в рубку управления.

Сидра и леди Арэх даже не удостоили нас кивком, целиком уйдя в мысленную задачу по инициализации семи новых камней. Их спины были выгнуты, шеи напряжены, рты раскрыть, веки дрожали, словно в жутком припадке. Теперь я понимал, что значит быть полусочленителем – они могли подключаться к мысленным ресурсам своих прародителей, координируя и деля между собой мысленные задачи, но не растворяясь в абсолютном коллективном разуме.

Дисплей со схемой «Косы» был включен, он показывал похожие на сеть связи между гидеоновыми камнями – извивающиеся желтые линии, которые ежесекундно меняли направление, утолщались и сливались, будто сверхъестественные молнии, пляшущие на корпусе корабля.

– Дамы вовсе не шутили, – негромко произнес Пинки. – Все и впрямь происходит очень быстро.

– Что они тебе об этом рассказывали?

– Много чего. – Он наклонил голову, размышляя над ответом. – Другой вопрос – много ли я из этого понял.

Корабль вздрогнул. Взвыли сирены. Желтые линии на схеме стабилизировались, но теперь появилось нечто новое. От каждого камня расходилась бесцветная матовая чешуйчатая пленка, прилипая к корпусу и соединяясь с другими в контактных точках между камнями.

– Бронеткань? – спросил я.

– Похоже, формируется.

Я вспомнил жемчужную фасетчатую пленку, которая сочилась из камня при демонстрации его свойств в цитадели, обволакивая мою руку и защищая ее от ножа.