— А вам противно? — с интересом спросил Шадули. — Черт возьми, мир еще несчастнее, чем я надеялся! Молодой человек, вы ведь можете с ума сойти, если убьете всех нас. Вам себя не жалко? Вы сойдете с ума ради пустоты. Ради призрака, в которого все верят, но которого никогда не было. Впрочем, чего это я…

Арчи в первый миг хотел сказать, что убивать ему уже приходилось, но вместо этого зачем-то попросил:

— А нельзя ли поподробнее насчет призраков?

Шадули насупился и отвернулся.

— Подите к черту, душегуб. Давайте, доставайте свой самострел или что там у вас.

— И все-таки? — настаивал Арчи.

— Таким, как вы, все равно не понять.

Арчи сглотнул и заметил:

— Может быть, как раз именно я и пойму…

Наверное, в голосе агента де Шертарини прозвучало нечто такое, что заставило Ицхака Шадули пересмотреть свое мнение.

Старик повернулся и долго-долго глядел Арчи в глаза.

Что-то он там разглядел. Может быть, боль. Может быть, тоску. А может быть — веру.

Во всяком случае, он начал рассказывать.

— Мне не страшно было делать волков для Саймона Варги, потому что человечество всегда было и остается доселе цивилизацией хищников. Мы волки, молодой человек. И вы волк, и я волк, и в комнате на этом катере все волки, и любой человек на Земле остается волком. Ген хищника, ген волка — это сущий бред, для любого мало-мальски сведущего генетика это очевидно. Биокоррекция тысяча семьсот восемьдесят четвертого года была отчасти грандиозной мистификацией, отчасти — глобальным сбором генетического материала. Ну, еще массовой прививкой от эпидемии энтерита.

— То есть как это бред? — не понял Арчи.

Шадули устало махнул рукой:

— За агрессивность не может отвечать один ген. Это размытый признак, это не программируется. Во всяком случае, я бы не взялся. Как бы вам попонятнее объяснить… Это все равно что путем генной инженерии отучать людей кушать мацу или крендели с повидлом. Потому и бред.

— Отчего же генетикам не рассказать об этом миру, если это очевидно? — недоуменно спросил Арчи.

— Видите ли, в том-то и состоит гениальность группы, которая затеяла и провела биокоррекцию. Несколько поистине виртуозных ученых состряпали достаточно убедительное научное обоснование. Неверное по сути, не работающее, но выглядящее невероятно убедительно и правдоподобно. Подавляющее число биологов в него и верят. Понять, что оно ложно, сумели лишь те самые сто человек в мире, о которых я недавно упоминал. Для этого нужно полвека жить наукой и разбираться во многих вещах… ну хотя бы как я. Любой, совершенно любой человек на Земле в состоянии убить ближнего своего. И одного, и двоих, и десяток. Никаких обоснованных препятствий для этого нет. Просто наш мир так устроен, что люди верят: убьешь — сойдешь с ума. По-настоящему верят. Поэтому и сходят. Самовнушение в масштабах планеты. Просто и жутко, потому и работает уже двести лет. Вы вот, к примеру, уже убивали людей?