Настасья ответила великолепным пожатием плеч. Самое невероятное, что она ухитрилась пожать плечами, даже оставаясь на полу. Мало кому было бы это по силам, в теперешнем-то положении, но Настасья справилась.

– Надеюсь, да. Просто так эта магия его не отпустит. Будет высасывать до капли.

– А Глызя?

Настасья задумалась.

– А вот, кстати, хороший вопрос, что будет с Глызей! Он удрал и даже захватил с собой бляшку! Лично я гоняться за ним не собираюсь. Жульё он, конечно, страшное, но пусть Нахаба с ним разбирается! По мне, хоть пусть и дальше сражается со своей начальницей, ужасной женщиной. Рано или поздно они до того довоюются, что Глызя сделает ей предложение!

– Убоись! Зачётная мысль! – воодушевился Бермята. – Предлагаю обсудить эту стратегию примирения в «Ровере», пока гномики его не разобрали!

Настасья быстро взглянула на него и промолчала. И Еве это сказало больше, чем если бы она ответила хоть что-то.

* * *

Они поднялись на поверхность. Индрик, разливая ровное сияние, понуро стоял на большой площади рядом с дворцом Ольденбургских, где когда-то разворачивались кареты.

– Снимайте скорее уздечку! Смотрите, как он угнетён. Нечего животину мучить! – решительно велела Настасья макси-фейсам.

– Что, прямо вот так? Он же ускачет! – заявила Задора.

– Не ускачет! Вы доказали, что вы настоящие хранители! Вы заберётесь на него, и он доставит вас к Сивояре. А как вернуть ваш магтобус – мы придумаем! Без магтобуса я вас как-то не воспринимаю!

Кукоба помогла Ниське и Титу забраться на широченную спину Индрика и схватиться за его гриву. Задора забралась и сама. Они сидели на спине единорога – маленькие, смешные, растрёпанные. Ниська – девчушка без переднего зуба, с косичками, в которые вплетены автоматные гильзы с магическими маркировками. Толстенький Тит в обнимку с чемоданом, обшитым бронелистами. На лбу у Тита, израненный, с измятым крылом, со сломанной саблей, но не побеждённый, сидел полковник фон Дистрофиль.

И позади всех – их сестра Задора, девчушка с четырёхствольным пулемагом.

– Ну здравствуйте, новые хранители Индрика! – торжественно произнесла Настасья.

Задора перебежала по спине Индрика и, для надёжности ухватившись рукой за его рог, стащила уздечку. Единорог, мигом очнувшись, вскинул морду. Во все стороны разлилось слепящее сияние, которое затмило бы сияние сотни жар-птиц. А ещё мгновение спустя Индрик сорвался с места и исчез.

Филат подошёл к Еве и быстро коснулся её руки. Когда же Ева повернулась к нему, он заложил руки за спину и принялся насвистывать, не обращая на неё никакого внимания. Но при этом сиял, как медный грош.