Преодолев небольшой пост на входе, путники вышли на перрон и двинулись по платформе в противоположный конец станции. Почти все встреченные на перроне люди узнавали советника и здоровались с ним. Веник видел удивление на лицах людей, которое, по-видимому, было вызвано тем, что руководители Альянса не часто выбирались на эти дальние станции.

Пройдя в противоположный конец станции, и миновав технические помещения, они оказались на узкой платформе над рельсами, где дежурили четыре человека. Рашевский и Васильич ушли в одно из помещений рядом, как понял Веник, в администрацию. А остальные остались рядом с местными охранниками, которые расположились прямо под платформой, на рельсах. Несколько сидели на запасном рельсе. Их было четверо — два мужика, старик и молодой парень. Это был пост, прикрывавший «Авиамоторную» со стороны станции «Шоссе энтузиастов». Из оружия Веник заметил у них только пару Калашей на четверых.

Пришельцы уселись на корточки рядом, отдыхая после пути. Веник не очень устал, но нагруженный Заяц, опустив вещмешки, растянулся прямо на шпалах.

Коротко познакомившись с местными охранниками, парни присоединись к разговору.

— Как бы там ни говорили, а война будет. Это совершенно точно, — говорил сухой старикашка по имени Артур.

— Это вы про «Красный Диаметр»? — спросил Фил.

— Про него, — кивнул старик.

Веник вспомнил, что им что-то про войну, к которой готовится Диаметр, рассказывал Андрюха.

— Так ведь, они вроде уже давно к ней готовятся, — сказал Веник. — Уже сколько лет.

— Вот! — живо откликнулся дед. — Готовились. А теперь скоро и к делу перейдут. Попомните мои слова. Так я говорю!

— Ну, если ты сказал, то так и будет, — усмехнулся один из охранников — рыжеусый мужик в черном комбинезоне.

Дед хмыкнул.

— Болваны, — выдохнул он. — Я такие дела нутром чую.

Его товарищи засмеялись. Веник вспомнил, про то, что Борода тоже «чует задницей», и с трудом удержал ухмылку, чтобы не обижать старика.

Видя это, дедок презрительно отвернулся от товарищей.

— А знаете ли вы, — обратился к пришедшим, — сколько мне лет? Вот, сколько бы ты мне дал? — спросил он Веника.

Тот пожал плечами.

— А ты предположи.

— Ну… Даже не знаю, — прямо сказал парень.

Старику могло быть сколько угодно лет. Может ему за сорок, может только недавно исполнилось тридцать. В подземном мире люди старели быстро.