– Будет жарко, – невозмутимо заметил посланец Крома, лишний раз проверяя, крепко ли насажена его боевая секира.

Семеро едва успели укрыться, как по камням звякнули первые стрелы. Положение Конана и его спутников казалось безнадежным – они одни против самое меньшее тысячи противников…

– Пока мы живы – будем жить! – хрипло вытолкнул из пересохшего горла киммериец и, привалившись к камню, стал наблюдать за неспешной высадкой стигийцев.

– Они дрогнули, мой повелитель! – уже третий гонец приносит это известие к черно-золотому штандарту Аквилонии. Натиск повсеместно слабел, однако измученное долгим сражением войско Конана не могло перейти в общую атаку. Свежих отрядов почти не осталось – одни лишь «черные драконы», последний резерв на случай самой последней крайности.

– Разумнее всего попытаться выйти из боя, мой повелитель, – шепотом предложил Просперо. – Оставим им поле, пусть тешатся призраком победы, а наутро уже ударим по-настоящему. Люди очень измучены, а одной гвардии для полной победы не хватит…

Слова старого, мудрого и в меру осторожного полководца почти убедили Конна; в душе осталось лишь смутно-саднящее сомнение – ударив раз, нужно ударить еще раз; за ночь отдохнут не только его воины, но и бойцы врагов… хотя Просперо, наверное, прав – отдохнувший аквилонец стоит пяти воинов из иных земель…

И тут молодой король заметил подходящий стигийский флот. С узких и длинных черно-зеленых галер на берег уже устремился поток низкорослых бритоголовых лучников. А дальше виднелись и другие корабли, не галеры, парусники…

– Пр-роклятье! – сжал зубы Конн, видя, как стигийские лучники деловито засыпали стрелами правый край аквилонской армии, как под колючим ливнем дрогнули и смешались истомленные нескончаемым боем полки первой линии… – Гонзальвио, подмогу на правый фланг! – коротко приказал молодой король – и невольно вздрогнул при виде того, что его старый товарищ по детским играм со внезапно посуровевшим лицом сдвинул вниз забрало.

– Резервов больше нет, мой повелитель, – голос доносился чуть глуховато из-под стальной маски. – Остались только «черные драконы»…

Конн сжал кулаки и вновь повернулся взглянуть на сражение. В его правом крыле разброд все усиливался, воспрявшие духом офирцы пошли в атаку. Усталые аквилонцы подались назад, оголяя правый бок полков центра…

Положение становилось тяжелее и опаснее с каждой минутой.

Засевшие на склоне поросшего лесом холма шемиты очень быстро смекнули, что они лишь даром тратят стрелы, посылая их в укрывшие отряд Конана камни. Окружающих подвела самоуверенность – они не стали ждать, пока неистовая семерка сдастся сама. Под прикрытием многочисленных стрелков шемиты и стигийцы двинулись к каменному кольцу. Стоило киммерийцу чуть высунуться в промежуток между красноватыми глыбами, как о его кольчугу сломались две или три вражеские стрелы.