Пока «Салют» маневрировал, подчиняясь Калифу в режиме ВВУ-БН, Давлетьяров в течение минуты анализировал ситуацию, ответил на очередную атаку «призрака» и посовещался с Жозефиной, имевшей прекрасную экстрасенсорную реакцию, превосходящую реакцию многих мужчин.

– Гравики на него не действуют, – сказала она по личному каналу, подчеркнув озабоченность. – Надо подключать что-то посерьёзней.

– Не хотелось бы начинать здесь войну, пока наши ребята находятся в Замке, – сказал Давлетьяров. – Тьмир, по сути, чужая территория, и её защитники вправе требовать от нас покинуть их владения.

– Но они молчат!

– И тем не менее мы не можем отвечать им уничтожением парламентёра.

– Этот «призрак» не парламентёр, он тупо стегает нас гравитационной плетью и не собирается идти на компромисс.

– И всё же мы не имеем права драться в полную силу. Существует предельно ясная рекомендация Совбеза СОН, требующая избегать открытых конфликтов с негуманами. Во избежание серьёзных проблем.

– Решать вам, капитан, – хмыкнула женщина. – Как бы им первым не надоело гонять нас, как мячик по футбольному полю. Что, если они попробуют испытать что-либо типа нашего «нульхлопа»?

Давлетьяров задумался, прислушиваясь к репликам остальных членов экипажа. Они верили в его профессионализм, надеялись на благополучный исход рейда и не думали о последствиях столкновения с моранами.

Если бы эскор не был привязан к Моховику, в недрах которого торчал Замок Драконов, Давлетьяров просто отступил бы к порталу, а то и вообще вернулся бы в Ланиакею. Но в Замке осталась группа исследователей и контрразведчиков во главе со Шмелёвым, плюс четвёрка пропавших без вести испытателей мультихода, и это обстоятельство нельзя было скинуть со счетов.

– Попробуем блейзеры, – решил наконец капитан, имея в виду лазерные излучатели. Эскор имел четыре батареи лазеров, одновременный залп которых мог вскипятить такое озеро, как российский Селигер. В поединках с джиннами блейзеры оказались малоэффективными, но их стоило использовать в качестве предупреждающих сигналов.

«Призрак» появился в ста километрах от скользящего по круговой орбите «Салюта». Упрямец снова махнул гравитационной «дубиной», не отвечая на призывы земного корабля «мирно побеседовать за рюмкой вина», и эскор ответил.

Впрочем, как ожидалось, двадцать невидимых – вследствие отсутствия воздуха в белом космосе Тьмира – световых трасс (компьютер эскора просто нарисовал пунктиры в прицельном поле виома) не превратили призрачное облако в дуршлаг. Моранин имел полевую защиту не хуже, чем земной космолёт, и залп блейзеров не остановил облако, отреагировавшее всего лишь всплеском формы. Зато уже через несколько секунд рядом с ним проявилось ещё две сотни таких же «призраков», и дело приняло скверный оборот.