— Рамзин, любой сейчас будет пялиться на нас, тут ничего странного. К тому же, мне-то как раз показалось, что паренек тебя взглядом облизывал. Но я же не возмущаюсь. Знаю ведь, что ты у нас по девочкам.

Игорь остановился перед нужной дверью и ухмыльнулся.

— Вот тут ты ошибаешься, — хмыкнул он и толкнул плечом дверь.

— Что? — я даже слегка опешила, и нахальная ухмылка стала шире от моей реакции.

— Я теперь, вроде как, по одной девочке. И это надолго.

Доктор оказалась смуглой женщиной средних лет и если и была шокирована нашим видом, то виде не подала, сохраняя профессиональное выражение лица. Пока у меня брали анализы, Игорь нависал надо мной, как коршун, стерегущий добычу, и следил за каждым движением, изрядно нервируя медсестру. Когда доктор на хорошем английском опрашивала меня, заполняя карту, он вообще стал влезать, отвечая на некоторые вопросы вместо меня. Я, конечно, и раньше знала, что мерзавец раздобыл обо мне все возможные сведения, но то, что он ещё и держит в голове каждую деталь, не думала. Подняла бровь, безмолвно спрашивая, какого, мол, чёрта. Но Рамзина так просто не прошибешь, и он слегка пожал обнажёнными плечами и продолжил, как будто отвечать вместо меня на вопросы гинеколога было самой обычной вещью на свете. В итоге смирилась с идиотизмом ситуации и тем, что, очевидно, он знает обо мне всё едва ли не лучше меня самой. По крайней мере о том, в каком возрасте я переболела краснухой, я точно припомнить не смогла. Принесли результаты анализов, и выяснилось, что в общем и целом я в полном порядке, только что-то там с лейкоцитами и гемоглобином, но не катастрофически. Всё сводились к простому совету — не переутомляться. Прекрасно, осталось только узнать, как же этого добиться. Дальше пошли рекомендации по прогулкам на воздухе, правильному питанию, отсутствию стрессов и витаминам. Ничего экстраординарного. Очевидно, что растущий во мне ребёнок, несмотря на все свои сверхспособности, не сделал мою кровь кислотой или чем-то в этом роде. Сердцебиение и размеры плода так же полностью соответствовали норме. Судя по лицу Рамзина, каждое слово о том, что я в порядке, повышало градус его довольства в геометрической прогрессии. Хотя, чего уж кривить душой, мне и самой было удивительно приятно узнать больше о жизни, растущей во мне, и получить теперь уже абсолютно неоспоримые доказательства ее существования, выраженные в буквах и цифрах, зафиксированных на бумаге.

Когда же дошла очередь до УЗИ, всех ждал сюрприз. Доктор нанесла прохладный гель и стала водить по моему животу продолговатой штукой, внимательно глядя в экран. Тут же пришла волна недовольства и дискомфорта от малыша. Ему точно не нравилась эта процедура. Через секунд тридцать док прочистила горло и взяла со стола свои изящные очки. Что-то проверила в настройках аппарата и немного виновато покосилась на нас.