Ну, почти сам. Вместе с Кадмилом.

За спиной, на лестнице послышались шаги. Акрион обернулся. Откликнувшись на движение, прошелестел белоснежный хламис, скреплённый на плече серебряной застёжкой. Ксифос легонько хлопнул по бедру, словно напоминая о себе.

На балкон поднялся Киликий. Акрион поклонился отцу, чуть изогнувшись в поясе, опасаясь, как бы не слетел с головы царский венец. Киликий кивнул в ответ, шагнул к перилам. Поглядел из-под руки на город. Сладко, всей грудью вдохнул утренний воздух.

– Туман, – проговорил он немного спустя. – Днём солнечно будет. Жарко.

– Жарко, – согласился Акрион. – Хочешь, прикажу тебя прямо к театру на носилках отнести? В теньке посидишь…

Киликий усмехнулся в бороду, ровно подстриженную, блестящую от масла:

– Ещё чего! Такой день, а ты – «в теньке посидишь». И вообще, не по-мужски это – в носилках разъезжать. Нет уж, поеду с тобой.

– А коленка твоя…– начал было Акрион, хмурясь. Киликий нетерпеливо притопнул:

– Всё с ней в порядке, с коленкой. Сюда, к тебе взобрался, и на коне усижу. Не спорь.

– Ладно, – сдался Акрион. – Тогда пойдём. Пора.

Они принялись спускаться. Старый актёр тоже был одет празднично: плечи укутывал ярко-алый плащ, на ногах красовались расшитые сапоги с открытым передом.

– К матери зайду, – сказал Акрион, когда одолели лестницу.

Киликий махнул рукой:

– Ступай. Я снаружи буду. Ей с утра меня видеть для желудка вредно.

И, беззвучно хохотнув, он заспешил к выходу, где раб-привратник уже отворял дверь. Акрион, улыбаясь, свернул в коридор, что вёл мимо тронного зала на женскую половину.

Голос Федры он услыхал за дюжину шагов до гинекея.

– Хаккия, девчонка несносная, тебе дважды сказано: справа – позолотить, а слева – припудрить! Нет, она всё пудрой залепила! Не стой столбом, видишь – щипцы остыли! Да что за наказание…

Акрион подошёл к двери гинекея и постучал, представляя, как Федра сидит посредине комнаты перед большим, в локоть шириной, серебряным зеркалом, а рабыни окружают её, как стайка рыбок – морскую черепаху.

– Мама, ты готова? – спросил он громко.

Внутри что-то с грохотом упало и с дребезгом покатилось.