Запольский на мгновение умолк, присел к дереву, охранник протянул ему бутылку воды. Он даже сидя дрожал, глаза невидяще бегали по деревьям. Видно, что воспоминания нахлынули на него, он возбужденно жестикулировал. Вся группа с интересом слушала, создав вокруг профессора кольцо слушателей.

— Все произошло быстро, — продолжил он, не обращая на нас внимания. — Обнаружение приборами ночного видения, выстрелы усыпляющими пулями, «упаковка» огромного тела, вызов вертолета, который прибыл лишь на рассвете. Ну, вот вроде бы и все. Потом его доставили сюда уже под приборами. Ну, пролежал он сколько-то времени, а вчера вот — раз, и…

— Подождите, — вставил я. — Вы же говорили, их было двое?

— Ну да, двое. К сожалению, второй объект ушел от нас. Просто растворился в чаще, а, может, провалился где-то в трясину, там ведь сплошные болота. Приборы не смогли его обнаружить ни на следующий день, ни через неделю. Оставшаяся часть группы все перерыла — ноль. Но я, честно говоря, не очень расстроился. Для исследований мне вполне хватало того, что был. Ведь, по большому счету, тот, второй, не намного и отличается от этого, с единственной разницей в половой принадлежности.

— То есть, — уточнил я. — Это была самка?

— Да, — кивнул профессор. — Это была семья. Возможно, самец, чтобы отвлечь внимание, как раз и дал ей скрыться, давая нам поймать его.

Профессор завершил свой рассказ, выразив в очередной раз негодование тем, что все эти три с лишним недели зверь лежал в коме, а потом вдруг быстро ожил и сбежал.

— Разве может человек, — недоумевал он, — так себя вести только-только выйдя из комы? У него сил не хватит даже с постели подняться, не то что куда-то еще там идти. А этот будто совсем и не ослаб. Или сила в нем какая-то нечеловеческая, или его что-то такое тянет, манит, движет им, не смотря на такое состояние, какие-то другие силы, природные? Эх, столько вопросов, столько всего… Я вот все чаще задаю их себе, — профессор встал, оправился, глядя вниз с холма на чернеющие вдали домики деревни. — Но не нахожу ответов. Он не такой как мы, он другой, и это уже очевидно. К сожалению, у меня не было возможности поработать с диким человеком в другом срезе, а именно над его разумом, определить его уровень, интеллект, силу духа…

— Ну, ничего, — заключил он, — вот поймаем и я первым делом этим и займусь.

— Если поймаем, — сказал я.

Профессор вскинул на меня удивленные глаза, но не нашел, что ответить. Видимо и он где-то в глубине сознания предполагал такой исход.

За рассказом и бурными обсуждениями, не заметили, как сумерки спустились в лес.